Глупо рассуждать о том, как правильно летать, однако именно этим решил заняться мотылек, залетевший случайно в грязь, где вели философскую беседу дождевые черви.
Отсюда и желание написать об искусстве правильно летать, возникающее спонтанно у копателей марсианских каналов.
И речь у нас пойдет не о самолётах, дельтопланах и воздушных шарах, хотя они, безусловно, очень хороши.
И даже не о крыльях, которые проектировал Леонардо в перерывах между изобретением танков и подводного скафандра. Не о крыльях Икара, которые, как известно, будучи превосходным вспомогательным материалом, были скреплены неподходящим для близости к Солнцу воском.
Порассуждаем лучше просто о самой возможности взять и полететь куда-то в сверкающую необъятность.
Без крыльев.
Без самолётов.
Без воздушных шаров.
Без цепляния за хвост воздушного змея.
Встать на самый край лабиринта, подняться на цыпочки и вдруг оторваться от земли. Так, чтобы это произошло собой, без изли тошних усилий. Захотел - улетел, захотел - приземлился.
Так как же правильно летать?
Позволю дать несколько советов из своих наблюдений. И практики.
Нас учили: рождённый ползать - летать не может. Наука лабиринта - жестокая наука. Она ломает всех, а самых способных к полетам в особенности. В нашем лабиринте действует сила гравитации, которая распространяется не только на камни и стрекоз, неизбежно притягивая их к земле, но даже на самых склонных к полетам строителей.
Сначала граждане помнят о том, как правильно летать, потому что часто летают во сне, притом без особых усилий. Но потом, подобно бабочке, пойманной энтомологом и посаженной в морилку, а после проколотой в коллекционную коробку, гражданин забывает чувство полетов. Ему уже и голову не приходит подняться на цыпочки, подтянуться, потрепать расправленными крыльями и косточками и... Полететь.
В голову не приходит не потому, что это невозможно, а потому что искусство свободных полетов в лабиринте не поощряется.
Лабиринт - место не для слабонервных. К примеру, несколько лет назад здесь был издан указ о том, чтобы связывать художникам руки. Так и ходили художники по улицам лабиринта с завязанными руками. Спасибо, что без кляпа во рту. Кляп - это, как известно, для поэтов. Поэтому и поэты в лабиринте у нас давно повывелись, как вид. Всё потому, что никому не охота ходить с кляпом во рту. Попробуйте ради эксперимента - сами поймёте, что это малоприятно.
Художники продержались дольше, чем поэты, но тоже повывелис. Теперь о них если в лабиринте и вспоминают, то лишь в научных беседах, и реже, чем о мамонтах.
Поэтому искусство летать у нас в лабиринте перешло в андеграунд, то есть в подполье, как бы парадоксально это не звучало.
Летать можно, но так, чтобы это никто не видел. В подвале, норе или глубоком подземелье. А там, понятное дело, особо не разлетаешься из-за замкнутости пространства,. Поэтому и тренироваться летать неудобно, все равно что учиться плавать в ванной.
Но те, кто очень хочет летать, летают вопреки всем негативным факторам.
Вот и наиболее важное условие для полетов в лабиринте - очень сильно хотеть.