Сложно назвать мусульманами радикалов, которые угрожают смертью русским православным активистам.
Люди, которые защищают свою веру и свои святыни, служат молебен, по их мнению, враги ислама, нелюди и шайтаны. Что, конечно, не так.
Те же самые поп-эмэмашники раньше упрекали русских за то, что мы, мол, не ходим в храмы, не верим в Бога, отошли от своей религии. Ныли, что мы развращаем молодых мусульман, приезжающих в Москву или Петербург.
А теперь, когда вдруг оказалось, что в Москве много православных христиан, крепких в своей вере, готовых отстаивать свои ценности, им это тоже не понравилось.
То есть исламские радикалы выступают не за строительство мечети, а против православия в целом. Их бесят русские православные люди, готовые стоять за свою веру.
Они бросаются фразами: «А что вы не на фронте?» — а сами сидят в глубоком тылу.
Исламистов неприятно удивил тот факт, что далеко не все русские мужчины ушли воевать в зону СВО. И у них не получается безнаказанно жить по кайфу, навязывая в наших городах нам свои традиции и чуждые модели поведения.
Отмечу, что мечеть для мигрантов защищают радикалы с Северного Кавказа, а татарские и башкирские мусульмане в этой сваре не участвуют. Ведь татары — самый крупный коренной мусульманский этнос России и Москвы, они отлично знают, что в столице достаточно мечетей для коренных мусульман.
Для налаживания диалога между православными и мусульманами нам нужно опираться на опыт многовекового взаимовыгодного сосуществования русских, татар и башкир.
Добавлю слова погибшего недавно брата Владлена Татарского: «Ничьи храмы не должны строиться вблизи святынь других традиционных конфессий, чтобы не провоцировать конфликты. Земли в России хватит на всех».
И только после общественных слушаний с экспертами, а не по желанию баев из диаспоры.
Роман Антоновский
Автор книг «Русские супергерои» и «Альфа-самец, мочи их, президент!»; колумнист RT, ТАСС и «Ридуса»; автор телеграм-канала «Сыны монархии.