Кредиторы атаковали крупнейшую горнодобывающую компанию.
Газпромбанк подал два иска к компании «Мечел» Игоря Зюзина и его управляющей компании «Мечел-Сталь», сообщает корреспондент УтроNews со ссылкой на «Коммерсант».
В банке информацию о требованиях не комментируют, а «Мечел» пытается инициировать отзыв исков, аргументируя тем, что банк даже не пытался урегулировать претензии в досудебном порядке.
Крое того, как утверждают в компании, «Мечел» не имеет просрочек по долгам перед Газпромбанком, потому для них вообще стал неожиданностью сам факт обращения.
Исковые заявления могут быть связаны с обязательствами «Мечела» перед иностранными кредиторами. Возможно, что речь про деньги, что «Мечел» брал в 2010 году на строительство универсального рельсобалочного стана на Челябинском металлургическом комбинате – сумма в $471,2 млн.
«Нам известно, что финансирование одного из траншей данного кредита было предоставлено Газпромбанком иностранному банку, который и является кредитором «Мечела». От данного иностранного банка компания не получала требований о принудительном взыскании в судебном порядке», — говорят в компании.
Участниками транша в 2010 году были BNP Paribas, UniCredit и Газпромбанк. Срок погашения перед последним истёк в 2019 году, перед остальными участниками соглашения – в 2021.
«Если ECA-кредиторы прибегнут к принудительному взысканию долга, это может привести к кросс-дефолту по другим нашим обязательствам и досрочному взысканию практически всей нашей задолженности», — комментировали в отчёте по ситуации в «Мечеле».
В нём же говорилось, что задолженность эквивалентна 33 млрд рублей.
Полностью отчётность «Мечел» не раскрывает, однако известно, что его финпоказатели улучшились после того, как были реструктурированы кредиты Газпромбанка в 2020 году. Свою позитивную роль сыграл и рост цен на уголь.
Аналитики говорят, что в данном кейсе агрессивной «атака» ГПБ будет вряд ли. Сейчас, по их словам, у «Мечела» достаточно средств для решения своих долговых обязательств. Хотя, по данным «Руспрофайла», у корпорации есть риски как финансовой устойчивости, так и платёжеспособности – кредиторская задолженность в разы превышает выручку и у организации недостаточно надежных и устойчивых источников финансирования.
Тем не менее, аналитики говорят, что речь, скорее всего, идёт о том, чтобы выстроить эффективные переговоры между ГПБ и фирмой Зюзина.
Если предположение о том, то ГПБ хочет взыскать деньги именно по иностранным кредитам, то первый вопрос, который надо будет решать суду – это вообще наличие оснований для подачи иска именно со стороны ГПБ. Об этом говорит юрист Екатерина Макеева.
Партнер NSP Арам Григорян считает, что, если будет объявлен кросс-дефолт, то кредиторы «Мечела» имеют полное право на то, чтобы требовать полного погашения задолженности, с чем фирма рискует не справиться. Тогда в силу, скорее всего, вступит механизм реструктуризации долга.
«Вероятно, иностранные кредиторы не будут вступать в переговоры о реструктуризации. В этом случае «Мечел» ждет банкротство, и ход этого банкротства будет определять тот кредитор, который первым дойдет до российского суда с заявлением о банкротстве», — не строит оптимистичных надежд юрист.
Так что ГПБ может в данной ситуации стремиться к тому, чтобы занять место главного кредитора, которому и отойдёт в случае банкротства, имущество «Мечела».