Еще в далёком XVIII веке орнитолог-любитель Иоганн Науман описал, как иволга (несколько представителей птиц этого вида было у него в вольере)
поёт до конца июля - начала августа, но затем наступало время беспокойства птиц, выражавшееся частым перепархиванием с одного места на другое вплоть до ноября. В марте они опять становились беспокойными по ночам. Эти наблюдения были основоположниками знаний о феномене миграционного беспокойства (период повышенной активности\тревожности) птиц.
В 1960-х, 200 лет спустя, основываясь на наблюдениях Наумана, Эберхард Гвиннер (нем. орнитолог) провел свой эксперимент с пеночкой-теньковкой, которая мигрирует на короткие расстояния и зимует на юге Европы и в С. Африке, и пеночкой-весничкой, улетающей на зиму далеко - в С. и Ю. Африку.
Эксперимент показал, как и предсказывали, что миграционное беспокойство у пеночек-весничек длилось намного дольше, чем у теньковок из-за более дальнего расстояния при перелёте.
Также был еще эксперимент со славками: на самолёте их перевозили непосредственно к местам зимовки в Африке, чтобы выяснить, исчезнет ли миграционное беспокойство в виду того, что птицам не пришлось проделывать далекий перелёт самостоятельно. Этого не произошло, и таким образом подтвердилось, что местные условия не влияют на проявление миграционного беспокойства. Это было потрясающее открытие - существование взаимосвязи между длительностью периода миграционного беспокойства и дальностью перелёта.
Как же птицы узнают о том, что пора отправляться в путь? Проведя многочисленные исследования, выяснилось, что прямое влияние на их поведение оказывает длина светового дня. Птицы безошибочно определяют его изменения и собираются в путь.
По окончании весны, птиц помещали в вольер, искусственно уменьшая длину светового дня - быстрее, чем это происходило на самом деле, что привело к более ранней льнике и миграционному беспокойству.
На этом эксперимент не заканчивали и к середине осени световой день приводили к весеннему и у птиц появлялось "весеннее" миграционное беспокойство: они перелинивали в брачный наряд и были готовы к спариванию. Это стало подтверждением гипотезы о том, что увеличение светового дня являлось сигналом к миграции и спариванию.