По России в 2022 году был нанесен сильнейший санкционный удар, равного по силе которому в новейшей истории не было, заявил премьер-министр РФ Михаил Мишустин. Он выступил в Госдуме с отчетом о работе правительства в 2022 году.
Премьер отметил, что российский бизнес адаптировался при поддержке властей. Обращаясь к иностранным инвесторам, Мишустин сказал, что, несмотря на все дискриминационные меры в отношении российского бизнеса на Западе, «у нас иностранным компаниям работалось и работается комфортно».
Небольшой рост госдолга до 15% ВВП и краткосрочный дефицит бюджета, по словам премьера, не представляют угрозы. В целом спад российской экономики в 2022 году оказался умеренным, хотя прошлой весной некоторые аналитики оценивали вероятное падение ВВП России, и правительство вернуло экономику на траекторию роста, заявил Михаил Мишустин:
«В условиях санкционного давления и вызванного им инфляционного всплеска основным направлением нашей работы стала поддержка доходов людей. Поэтому в особом порядке по поручению президента дважды подняли прожиточный минимум: с 1 июня прошлого года и с начала января текущего. В результате он вырос более чем на 13,5%. Аналогично поступили с минимальным размером оплаты труда, он увеличился практически на 17%, значит, доходы 15 млн человек удалось сохранить. По большинству национальных проектов уровень выполнения годового плана близок к 100%. Это значит, что школы, дороги, больницы были построены в срок. Перезапустили весь механизм госпрограмм, внедрение цифры помогло повысить взиамодействие между ведомствами, снизив срок решения задач с 90 до 10-15 дней. Рассчитываем, что уже в 2024-м период адаптации завершится, Россия встанет на путь долгосрочного поступательного развития».
О том, на что стоит обратить внимание в программном выступлении главы правительства по итогам кризисного 2022 года, рассуждает генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов:
— У Мишустина есть один довольно сильный аргумент, и его, как ни странно, создали в недружественных странах. Дело в том, что с самого начала на Западе были очень жесткие прогнозы просадки российской экономики и ряда ее сегментов. Я прекрасно помню, как в марте выходили аналитические доклады уважаемых структур на тему обвала российской добычи нефти, российского экспорта. Потом, после 5 декабря, когда ввели потолок, эти прогнозы опять вернулись. Отстраивая от несбывшихся прогнозов свой отчет, Мишустин действительно выглядит как премьер, который сумел позволить экономике избежать худшего сценария. Да и, собственно, и Путин этим приемом пользовался в послании, и это выглядит аргументировано: вот смотрите, что нам обещали недружественные страны, а вот мы смотрим на реалии. Да, понятно, что санкционная политика — это не сладкие конфетки, очевидно, что есть негативный эффект, и он будет. Но в этом плане, когда Мишустин отстраивает свой отчет от несбывшихся алармистских прогнозов, это выглядит емко. При этом обращает на себя внимание, что все-таки Мишустин явно выступает как политик, почему? Он не просто отчитывается за экономику, потому что мог бы как раз сделать акценты на реальном секторе, на цифрах экономического падения, которое оказалось меньше запланированного, но он делает акцент на социалке, выплатах, на том, что денег хватает для выполнения и политических задач, это касается СВО, про оборонку много говорил. То есть в этом плане он выступает уже не просто как отвечающий за экономику, а как крупная политическая фигура. При этом возникают вопросы, что будет дальше, в этом плане тезис, что мы выдержали, мы выстояли, экономика России находится в порядке, и даже какие-то намеки уже звучат, что чуть ли не перейдем к росту, санкционные эффекты могут иметь как раз отложенный характер, а правильнее сказать даже — накопленный характер. И, с одной стороны, видим, что санкции начинают докручивать. Тезис о том, что все худшее позади, выглядит сегодня выигрышным, но в перспективе рискованным.
— Российский бизнес, говорит он, адаптировался при поддержке властей?
— В ряде сегментов бизнес действительно может сказать спасибо государству, но за что? За то, что государство отказалось от излишнего и чрезмерного регулирования, то есть в этом плане бизнес может сказать: «Спасибо, что не сделали хуже».
Уже отвечая на вопросы депутатов, Михаил Мишустин пообещал рассмотреть вопрос о запрете вейпов в России. Он отметил трудности с выплатой налогового вычета в виде автоматически начисляющегося кешбэка. Такую меру предложили в партии «Новые люди». По словам премьера, в налоговой системе работает заявительный принцип: «Вычет не скидка, это процедура, которая делается по заявлению человека. Многие просто не занимаются своими финансами, в этом смысле популяризация этих вещей — очень важный элемент работы».