Валерий Павлович и Даша сидели за столиком в уютном кафе, расположенным не далеко от книжного магазина, пили кофе и разговаривали.
- Я все эти дни стараюсь забыть… этот бред…, выкинуть всё из головы…, не получается, - несколько раздраженно говорила она, размешивая сахар в своём кофе, - в мыслях крутится, крутится…
- Что крутится? Не понял, – спросил Валерий Павлович.
- Да, все его слова…, то отрывками, то длинным монологом, то вообще всё бессвязно… Слава Богу, хоть голос его не звучит. С ума сойти можно, понимаете? – смотрела ему в глаза Даша.
Глава 27
Валерий Павлович покачал головой, и опустил глаза.
- Мда… действительно, можно, - выдавил он из себя. - Я вас понимаю.
- Да ничего вы меня не понимаете! – вспылила обычно спокойная Даша. – Не в вашей же голове эта каша! Посмотрела бы я на вас, когда сидишь спокойно, никому не мешаешь, бабочек вышиваешь, и тут у тебя в голове, - эмоционально высказывала свои переживания она, - какой-то мужицкий голос! А я думаю своим! Знаете, как я перепугалась? – смотрела она на него пронзительным взглядом.
Валерий Павлович молчал.
- Что сказать…, - вздохнул он, - мы вам доставили множество неприятных моментов…
- Да уж скажите прямо, вы подотравили мне жизнь. Моя спокойная жизнь закончилась, я чувствую себя, которую неделю…, с прибабахом, - тихо добавила она, - только и мысли, чтобы окружающие не заметили…
- Даша…, если бы не вы…, моего сына сейчас не было бы в живых, мы нашли его только благодаря вам. Дарья, не знаю, как вас отблагодарить…
- Вы что, на деньги намекаете? – уставилась она на него суровым взглядом.
Валерий Павлович слегка оторопел.
- Ну…, возможно, не деньги, - пытался сориентироваться он.
- Ага…, лучшая благодарность в таком случае – психиатр, - усмехнулась Даша. – Отстаньте от меня, хорошо? Вы, ваши сыновья…, договоры, которые не надо подписывать, убийства…, бабушки…, зеленые ставни, которые мне не дают покоя ни днём ни ночью…, ангары, вертолеты, ключи…, все ваши Шленкины, Сашки, Петьки… Оставьте меня в покое, слышите? Я хочу спокойно вышивать своих бабочек, смотреть сериал про любовь, читать книжки…, а я не могу! – Даша не стала пить кофе. Она встала из-за стола. – Я хочу свою прежнюю спокойную жизнь, без этого всего. И не ищите больше встреч со мной. – Развернулась она и направилась к выходу.
Валерий Павлович смотрел ей в след.
- Ну…, - вздохнул он.
**** ****
Сделав все свои дела в N-ске, Валерий Павлович поздно вечером вернулся домой.
- Валера, - встретила его в прихожей Глафира Сергеевна, - с возвращением. Что-то не так? На тебе лица нет. Ты же подписал контракт, неужели какие-то проблемы?
- Это не касается работы, дорогая, - переобулся он, снял пиджак и отдал ей его в руки. – Я умоюсь с дороги, и я бы перекусил…
- Я сейчас что-нибудь придумаю для тебя, дорогой.
Валерий Павлович намыливал руки.
« Обоих бы сюда сейчас…, - думал он, - ремнём бы обоих…, всё им игрушки. Взрослые мужики игры устроили…» - не выпускал он из рук брусок мыла.
- Валера, - прервала его размышления супруга, - всё готово.
- Аа, иду, - положил он мыло в керамическую мыльницу, смыл с рук пену и умыл холодной водой лицо. «Так, Глаше пока ни слова…», - решил он и вышел из ванной комнаты.
На следующее утро Валерий Павлович созвонился с Зотиковым, и договорился о переводе сына из больницы домой.
Глафире Сергеевне и Зое он дал задание подготовить к обеду комнату для Николая.
- Как, его уже выписывают? – удивилась Глафира Сергеевна.
- Да. Он вполне может долечиваться дома. Хватит койку занимать, - сурово ответил Валерий Павлович.
К обеду в особняке народу прибавилось. Не поехавший в офис Валерий Павлович вызвал Марка домой.
На карете скорой помощи из клиники привезли Николая в сопровождении приставленной к нему медсестры Анны. Его на крыльце встречали: Валерий Павлович, Глафира Сергеевна, Марк и Зоя.
- Я не понял, что происходит? – растерянно смотрел на встречающих родственников Николай. – Меня погрузили в машину и привезли… Пап? Мам? – он взглянул на Марка.- Ты знаешь, что случилось?
Марк отрицательно мотнул головой.
- Давайте все в дом, - сказал Валерий Павлович, - отпустим, наконец, машину.
Все вошли в дом, включая медсестру Анну.
Николая уложили в кровать в приготовленной для него комнате.
Глафира Сергеевна, Зоя и Анна удалились на кухню обсудить меню, распорядок дня Николая, и прочие вопросы.
А Валерий Павлович начал песочить своих сыновей.
- Что за игры вы устроили? Два взрослых мужика. В N-ске девчонка говорит, что лучшая благодарность – это психиатр ей, - не сдерживая себя начал выпускать свой гнев Валерий Павлович.
Николай и Марк переглянулись.
- Здесь клоунада…, провалы памяти у него. Ты с кем связался? Ты в курсе, что нам пришлось идти на преступление…, тебя вытаскивая… Ты кем себя возомнил? – указывал он пальцем на Николая. – Хорошо…, обиделся, хлопнул дверью, но какого чёрта ты это творишь?
Николай недоумённо хлопал глазами.
- Что, у тебя опять провалы в памяти? Последние полгода не помнишь, действительно? – сорвался на крик Валерий Павлович. – Все эти мутные люди, с которыми ты контактировал, откуда они берутся, вокруг тебя? Ты тоже хорош! – Валерий Павлович перевёл свой разъяренный взгляд на Марка. - Девчонке не позвонил, не сообщил… Надоели все ваши игры. Не знаешь, что вы ещё выкинете через минуту. Этот спектакль развёл, ты-то, почему ему подыгрываешь? Я вам могу доверять, или нет? – Валерий Павлович немного помолчал. – Значит так, сворачиваете игры и без выкрутасов. Ты, - он смотрел на Николая, - с сегодняшнего дня без телефона, без интернета, никаких друзей, ни новых ни старых, твой круг общения: мама, Зоя, медсестра, и дальше забора ты не выходишь!
- Это что, домашний арест? – вытаращил глаза Николай.
- Называй, как хочешь… А ты, обрати внимание уже на работу, - в запале Валерий Павлович перегибал палку.
- Пап…, - обескуражено смотрел на отца Марк. – Ты же сам мне давал поручения.
- Давал, - согласился Валерий Павлович, - но я и представить не мог, как далеко вы можете зайти…