Как научиться видеть в каждом человеке личность, уважать и принимать другую точку зрения, понять, что жизнь любого человека значима и значительна. В новом выпуске подкаста «Ночные абажуры» мы искали ответ на вопрос «Как воспитать в себе человечность?».
Сайт подкаста — https://podcast.rywok.ru/. Поддержать нашу работу можно через ВК Донаты https://vk.com/donut/shtabrywokru и на сервисе Бусти https://boosty.to/rywokru.
Лет до шести я внутри семьи обращался к родителям на «вы». Они в этом проблемы не видели, но говорят, сестра не находила места и требовала равноправия: с ней-то я перешёл на ты, и она хотела, чтобы ко всем было или «ты», или «вы». Помню, как я однажды осёкся, когда понял, что впервые обратился к родителям уже на «ты», значит, я перешёл этот невидимый Рубикон семейного равноправия.
В свой адрес и в школе, и на секциях, и в вузе я помню только обращение на «ты». Разве может быть по-другому? Но вот встреча с моим будущим научным руководителем – Светланой Васильевной – меня встрепенула. Это была наша встреча-знакомство, на которой она сразу обратилась ко мне на «вы». Как же так? Я молодой аспирант, она старше меня на тринадцать лет, доктор экономических наук, заведующая кафедрой. То обращение при знакомстве не стало разовым, вот уже полтора десятка лет она не меняет своего тона и обращается и устно, и в переписке исключительно на вы.
В русском «вы» я почувствовал уважение к личности, которое не предполагает разницы в социальных ролях, сохраняет дистанцию и ставит тебя в позицию диалога на равных, а не в иерархию начальника и подчинённого, старшего и младшего, умного и глупого.
Как же нам всем в каждом человеке видеть прежде всего – человека?
***
Экскурсовод Ольга Ефимкина говорит, что для неё важно при разговоре смотреть человеку в глаза, и вообще смотреть на человека, говоря с ним. Когда она была подростком, то была очень незаметной и тихой, у неё было мало друзей, про неё ещё говорили – «скромная». И это слово ей тогда казалось оскорблением, потому что она хотела быть душой компании, но не знала как. А, может, просто компания была не её. На это все накладывались ещё и возрастные переживания по поводу своей якобы «некрасивости».
В тот период её лучшей подружкой стала, как говорит Ольга, очень красивая, интересная девочка Женя. И вот, когда они с ней оказывались в каких-то компаниях, она постоянно замечала, что фразы, обращённые как бы к ним обеим, произносили, глядя лишь на неё. И это ранило Ольгу. Так она поняла, как важно смотреть на человека, говоря с ним.
Ольга продолжает:
«Когда я стала учителем, мне очень хотелось как-то помочь тем детям, которые, возможно, как и я, страдают от несправедливой оценки коллектива. Мне очень хотелось быть педагогом, который способен увидеть человека по-настоящему. Я не знаю, насколько это хорошо получалось, но я стремилась к этому. И именно тогда, работая в школе, я научилась говорить, попеременно глядя на каждого – так, чтобы моя речь была обращена к каждому.
Теперь я экскурсовод. И одна из моих постоянных экскурсанток призналась, почему у неё так хорошо на душе после моих экскурсий. Она сказала: «Ольга, вы смотрите мне в глаза».
***
Недавно в праздник мы случайно оказались вместе в одном магазине: я, Юля и Даша. Новый красивый магазин сухофруктов, чаёв, шоколада; прекрасно обставлен, вежливые сотрудники, большой выбор; сами обжаривают кофе и предлагают его из кофе-машины.
Вот Даша в качестве комплимента и говорит сотрудникам: «Сразу видно, уровень-то не смоленский!».
А я ей в пику, что нет никакого смоленского, московского, урюпинского уровней, есть только профессионализм или непрофессионализм. Такие слова про смоленский уровень обижают меня, обижают всех смолян.
Даша меня не поняла. А ведь сама занимается бизнесом в Смоленске, значит, априори мнит себя предпринимателем не смоленского уровня?
Со стереотипами постоянно сталкивается и якутский кинорежиссёр Степан Бурнашёв: если якутское кино, то должны быть чумы, олени, а в его фильме почему-то город и люди, которые живут в хороших квартирах. Он отвечал на удивление, что в Якутии есть и города, и посёлки, и даже асфальт есть, по которому машины ездят. Сам Степан увидел впервые оленей лишь в 1998-м году в Петербургском зоопарке, потому что в его родной центральной Якутии развито коневодство.
Степан говорит: «Приезжаешь на фестиваль, где многие ожидают, что ты привёз любительское кино, а видят на экране совсем иное. Некоторые вообще ожидают увидеть человека в шубе, вышедшего из чума, преодолевшего сотни километров на оленьей упряжке! А тут — человек разговаривает на русском языке, и образование есть, и кино снимает...»
Степан снял в прошлом году фильм «Айта». В нём жители якутской деревни бездоказательно обвиняют человека в преступлении: «он русский, он чужак, значит, виноват он». И идут его линчевать. А когда выяснилось, что виноват не он, а якут, мысли о мести даже не возникло. Обычный криминал вырастает в межнациональный конфликт.
Степан говорит, что фильм основан на реальной истории: погибла девушка, жители хотели убить виновника. Там не было «национального вопроса», виновник не был русским. В «Айте» он предстаёт в образе полицейского, русского по национальности. Но в фильме его хотят убить не потому, что он русский, а потому, что якобы из-за него — представителя закона — погибает девочка. В финале выясняется, что полицейский не виноват. На самом деле это были влюбленные дети...
Степан хотел подчеркнуть, показать, объяснить, что не стоит уподобляться людям, которые переходят от культуры общения к шовинизму: мол, надо сбросить ядерную бомбу, уничтожить этих зверей, всех выродков и их детей... Степан сам страдал от предрассудков, когда в московском метро в начале 2000-х от него из-за азиатского внешнего вида отсаживались пассажиры, могли броситься нелицеприятными словами, а полицейские постоянно спрашивали документы.
Незнакомство с человеком порождает неуважение к нему, разного рода клише, стереотипы.Человечность строится на знании, на искреннем интересе к человеку как специалисту, профессионалу. А такие характеристики как национальность или принадлежность к городу всего лишь надстроенные конструкты, за которыми человека не видно.
***
Урюпинский предприниматель Евгений Лемешко утверждает, что прежде, чем воспитать в себе человечность, первым делом нужно начать любить и уважать самого себя.
Евгений признаётся, что с детства его воспитывали в таком ключе, что словосочетания «любить себя», «думать о себе», «уважать себя» имели исключительно негативную окраску. Мол, если ты думаешь о себе, то автоматически не думаешь о других, если любишь себя, значит ты не любишь других, если уважаешь себя – не уважаешь других и так далее. С возрастом он понял, что это не самые лучшие установки для формирования свободной личности и переосмыслил их.
Несколько лет назад он наблюдал поведение богатого урюпинского фермера и никак не мог объяснить себе его. Тот со слов Евгения относился максимально неуважительно к своим сотрудникам: оскорблял их, платил меньше обещанного, строго наказывал за малейшую провинность. Что было удивительно для Евгения, они беспрекословно слушались и продолжали работать.
Однажды он стал невольным свидетелем встречи фермера с важным чиновником из Волгограда. Евгений не мог поверить своим глазам: высокомерный и надменный господин сам был готов унижаться перед тем, кто влиятельнее его.
Евгений вспоминает:
«Скажу честно, выглядело это не очень красиво. Но зато мне стало ясно, почему он так относится к своим сотрудникам: если он не уважает себя и готов терпеть унижения от того, кто, по его мнению, влиятельнее, то как он может уважать тех, кто слабее его?
Именно этот случай помог мне взглянуть по-новому на «уважение к себе» и «любовь к себе» и сформулировать ответ на вопрос «Что нужно сделать, чтобы стать более человечным?». Нужно начать уважать и любить себя и относиться к другим так, как ты хотел бы, чтобы другие относились к тебе».
***
Студентка Ольга Маркина говорит о том же. Она видит проблему человеконенавистничества в том, что мы плохо себя знаем. «Если я понимаю себя, свою ценность, свои потребности, то я смогу понять и других людей».
Старшеклассница Анна Махонина ездит учиться в Волгоградскую школу-интернат. Там она живёт в общежитии вдвоём с Дашей. Как говорит Аня, они разные: Аня активная и быстрая, а Дарья спокойная, погружённая в себя. Аня много самостоятельно готовится в комнате к занятиям, а Дарья – нет. Со слов Ани Дарье хватало услышанного во время урока. На этой почве возникало бытовое недопонимание. Аня пыталась переделать Дашу. Но потом она разобралась, что все учатся по-разному, запоминают по-разному. Аня говорит: «Я не должна подстраивать человека под себя, делать его своей копией и навязывать своё мнение. Я приняла и поняла её точку зрения, ведь как оказалось, итог одинаковый – мы обе хорошо знаем предмет, просто шли по тому пути, который был удобнее для каждой».
Девятиклассница Лера Леонова рассказала мне про своего дедушку, который как-то возвращался домой и увидел бездомного щенка. По его внешнему виду было понятно, что щенок раньше жил в доме. Дедушке стало жалко щенка, и он забрал его к себе. Щенка назвали Боб. Лере было интересно, злится ли дедушка на бывших хозяев Боба: они же бросили его на улице. На что мудрый дедушка ей ответил: «Я не могу винить этих людей, но я злюсь на их поступок».
Слова Лериного дедушки сразу мне напомнили мысли Махатмы Ганди. Я его открыл для себя сравнительно недавно. В канун Нового 2016 года готовил рассылку про фильмы и мультфильмы, которые хотел порекомендовать посмотреть на длинных новогодних праздниках. Хотел сделать подборку про соучастие, вовлечение, сопереживание, про силу совместного действия. Так я вышел сначала на фильм «Ганди» 1982-го года, а затем и на книгу «Моя жизнь». «Был поражён» – ничего не сказать. Именно там я подчеркнул для себя его фразу: «Возненавидь грех, а не грешника».
Как её понимать? Для меня эта фраза про умение отделить человека от его поступка… Звучит просто, выполнить сложно. Ведь поступок не сам по себе существует, его совершает конкретный человек: лжёт, лицемерит, ворует, убивает. Что нам остаётся: простить его заблуждение, неразумность, неопытность? Простить, а, может, даже полюбить человека? Ведь самое главное: такой же грех, такую же ошибку можем совершить и мы сами. Получается, что возненавидеть грех нужно… в самом себе.
***
Вопрос о том, как воспитать в человеке человечность, поставил Алину Еровиченкову сначала в ступор, но потом она твёрдо заявила: «Это невозможно!». Она говорит, что «в наше время добрый – значит, уязвимый, легко манипулируемый. Всё меньше людей хотят быть добрыми и больше хотят быть равнодушными». Её учительница русского языка и литературы Нина Козлова считает, что всё-таки есть способ развить в человеке человечность – через книги. Она полагает, что через литературу можно понять жизнь, себя, других и весь мир, что чтение воспитывает в человеке человека. Алину этот ответ не очень устраивает, но она оставляет человеку шанс самому дойти до важности внимания к человеку. Как, например, Александра.
В жизни Александры рядом был человек, который появился внезапно, но за короткий промежуток времени стал близок её сердцу. В какой-то момент Александра, сама не поняв почему, стала спрашивать себя: «А действительно ли он так дорог мне?». И буквально через пару недель этот человек… исчезает из её жизни.
Александра так вспоминает о том периоде:
«Нет, мы не поругались, и никто не хотел прекращать общение, так распорядилась судьба-злодейка, раскидав нас далеко друг от друга, оставив практически без общения. И в этот миг я поняла, что время, проведённое вместе было волшебным. Я полюбила не просто человека, а именно его человеческую природу, галактики, наполняющие его душу, полюбила мелочи, присущие только этой индивидуальности: то, как он отвечает на телефонный звонок, как смеётся и улыбается. Я приняла все достоинства и недостатки близкого. Именно так мне удалось полюбить в человеке человека».
***
Когда Антонину спрашивали, кто она – кошатница или собачница, то она отвечала, что она – человечница. Она состоит в сообществе каучсёрфинга и периодически «притаскивает» домой путешественников, обеспечивая их ненадолго кровом, едой и чистым спальным местом. Говорит, что меняет это на их истории, на их благодарность и внимание к себе.
«Как полюбить в человеке человека?.. А что ещё можно любить в человеке-то, если не его самого? Мне всегда было очень интересно узнавать людей и их мотивы, для меня это было жизненно необходимо, как глоток кислорода. Я с самого детства предпочитала всему срочно-важному душевные разговоры за чаем, у костра, по переписке».
Антонина ставит такой вопрос: как донести мысль, что поговорка «нет человека – нет проблемы» – это вообще-то про человекоубийство. Антонину обогатили навыки безоценочного суждения, недирективного общения, взгляда на проблему со второй, третьей позиции, активного слушания, тактичного перебивания, наполнения речи аргументами. Теперь в Антонине автоматически, порой даже в ярости на близкого человека, включается вот это: «а как он видит эту же ситуацию?», «он ведь не желает мне зла, так чего же он такого не видит или не знает, что причиняет мне боль?» Дальше она начинает задавать вопросы, прояснять его ракурс на общую картину, словно пишет эту картину его кистями и красками.
Антонина резюмирует свою мысль так:
«Как же донести необходимость уважения чужой точки зрения и возможность гармоничного сосуществования множества точек зрения на одно и то же? Своим примером, конечно. Об нас, человеколюбов, и будут учиться. Ведь люди – учителя друг другу».