Это, несомненно, было потрясающее открытие. Нобелевская премия можно сказать уже лежала в кармане Криса. Шутка ли - открыть неизвестный до сих пор науке вид микроорганизма, непохожий на всё ранее изученное.
Более всего это походило на вирус, только имеющей непонятный, запрещенный набор генома. Впервые в ядре одного вируса был обнаружен набор из ДНК и РНК. Вирус, или протовирус, как его назвал Крис, был обнаружен с помощью новейшего микроскопа в образцах тканей мозга человека погибшего от неизвестной болезни. С тех пор Крис провел тысячи проб, и неизменно находил присутствие инородного вируса в тканях человеческого мозга. Причем локализовался он именно в голове. У разных исследуемых процент поражения головного мозга колебался от 5 до 25 процентов. Похоже, мир охватила невидимая эпидемия. Масштабы беды пока даже не поддавались оценке.
Сегодня Крис готовил еще один образец на анализ. Один из тысяч, отличающийся от остальных только тем, что эти частицы мозгового вещества Крис извлек из собственной головы.
Задержав дыхание, ученый прильнул к визиру микроскопа. Надежды не оправдались. Он был болен! И в его случае процесс зашел даже дальше чем обычно, даже на глаз поражение коры головного мозга достигало не менее третьей части. Крис в отчаянии уронил голову на руки.
-Как же так? И главное когда? – исследователь был близок к панике – может, я заразился во время африканской экспедиции? Но многие из обследованных людей никогда не выезжали за пределы европейского континента, а они тоже не избежали заражения.
Прислушавшись к себе, Крис почувствовал головокружение и боль в висках. Сказывалась, конечно, и непростая операция по взятию образцов тканей головного мозга, к тому же исследователь не спал третьи сутки, но ученый усмотрел в этом плохой симптом.
Самое сложное было понять и исследовать природу вируса. Традиционные подходы в этом случае дали осечку. Определить способы передачи вируса было затруднительно, по причине того, что не было обнаружено НИ ОДНОГО незараженного человека! Вирус не желал жить и размножаться в искусственно созданной питательной среде. Даже в организме приматов он был нежизнеспособен. Более того, в выделенных образцах следы вирусного поражения были заметны только в течение первого часа, а затем геном вируса бесследно исчезал из тканей. Видимо это и объясняло то, что вирус был открыт так поздно. «Слишком поздно»- подумал Крис. Похоже, эпидемия носила уже необратимый характер.
Дверь лаборатории распахнулась, и в помещение ворвался друг и соратник Криса - Сергей.
- Ну, как? - спросил с порога Серж.
Крис только махнул рукой. Ответа и не требовалось. Таким удрученным Сергей не видел друга давно.
- А что у тебя? – Крис вздохнул – Есть что-нибудь обнадеживающее?
- Я сделал одно интересное наблюдение. Судя по всему, дети более восприимчивы к этой заразе. Степень поражения уменьшается с возрастом.
Кроме того, есть непонятная зависимость от образа жизни и занятий человека. Люди интеллектуального труда поражены сильнее. Пока я затрудняюсь объяснить этот феномен.
- А как дела с препаратом?
- Первые результаты радуют. Я создал-таки препарат, который не затрагивает здоровые нейроны, а больные клетки погибают. Но это только в контрольных образцах. Нужны дополнительные исследования, испытания на добровольцах. К сожалению, лабораторные мыши тут не помогут.- Серж потер на виске шрам от зонда - придется нам испытывать лекарство на себе.
-Компьютерный анализ воздействия на вирус ты провел?
- Провел…Ядро протовируса, под воздействием препарата, инкапсулируется и гибнет. Но я бы не очень доверял компьютерному моделированию, слишком непонятна природа вируса. Ты же сам видел, что компьютер не может дать даже анализа развития заболевания.
Крис встал с кресла и начал шагами мерить комнату.
-Значит так, предлагаю действовать по следующим направлениям.
Ты сосредотачиваешь усилия по созданию препарата, я же попробую выделить чистый вирус, вирион, с целью его лучшего исследования, и проведения контрольных испытаний на подопытных животных.
Прошла неделя. Неделя лихорадочной работы, бессонных ночей и напряженных раздумий. Осунувшийся и похудевший Крис сидел в лаборатории, и вводил полученный штамм вируса подопытным обезьянам, когда в лабораторию ворвался разгоряченный Сергей.
-Ура! Можешь меня поздравить! Лекарство получено, лечебный эффект стопроцентный. Сейчас синтезировано две порции средства, для испытаний нам хватит. Как дела у тебя?
- Вирион я получил. Ввел штамм двум макакам-резус, результата пока не заметно. Уже провожу второй курс инъекций, но никаких внешних изменений не происходит. Введенный геном никак себя не проявляет. Хотя число пораженных протовирусом клеток стремительно нарастает, у самой больной особи - вон того красавца Марка - поражены 3 процента коры головного мозга.
- Что будем делать? Ожидать завершения твоих опытов, или испытаем мою микстуру?- озадачился Сергей.
-Ты считаешь, что это безопасно?
-Не сомневайся! Я три раза пересчитывал и моделировал анализ лечебного эффекта. Никаких осложнений быть не может. Лекарство абсолютно безвредно для организма, и влияет только на пораженные клетки.
-Тогда не будем ждать. Завтра же начнем испытания. Приходи с утра в мою лабораторию, я к тому времени закончу цикл опытов с моими подопечными.
Утро выдалось хмурым, погода стояла не по-летнему прохладная.
Сергей бежал к своему товарищу, неся в руках бокс с вакциной, возможным спасением человечества. Крис сидел в кресле и делал последние записи в журнал. Обезьяны сгрудились в углу клетки и были необычно молчаливы. Возможно, на них уже начал оказывать свое губительное действие введенный вирус.
-Начнем? - со вздохом сказал Сергей, доставая из отсеков бережно упакованное лекарство.
-Судьба человечества зависит от нас, хоть это звучит и нескромно - ответил Крис. - Мы не можем подвести.
Через полчаса, оба ученых лежали в специально подготовленных коконах жизнеобеспечения. Капля за каплей в их вены вливался животворительный состав, избавляющий клетки мозга от присутствия протовируса. Мужественные исследователи забылись в тревожном сне.
Крису снились теплые южные леса, тропические джунгли, манили ввысь уютные и безопасные кроны пальм, дразнящие сладкими плодами.
Сергей же во сне весело скакал с ветки на ветку, бегая наперегонки с очень симпатичной и привлекательной самочкой.
В дальнем углу, в отсеке обезьян наоборот царило оживление.
Любимец Криса - красавец Марк - вооружившись палкой, сбивал замок с клетки.
Странный огонь горел в его глазах.
Древний вирус, вирус разума, когда-то поразивший человека, теперь обрел другого хозяина.