Самый титулованный теннисист в истории России Евгений Кафельников заявил, что бывший президент Борис Ельцин — «сильный человек, ведь он дал людям свободу, которой у нашего народа не было с 1917 года». Почему за «мантрами» Кафельникова маячат кладбищенские кресты — в колонке писателя Платона Беседина для «360».
Далее — прямая речь.
Есть такой стереотип, повторяемый как мантра: в 1990-е люди в России обрели свободу. Отчасти это действительно так.
Появилась свобода передвижения. Появился тот самый свободный рынок — относительно. Да много чего «свободного» появилось. Другой вопрос, как это реально функционировало и во что вылилось. Что, правда, не мешает вещать о приобретенной в 90-х свободе.
Вот и Евгений Кафельников отметился на этом поприще. Ничего удивительного: Кафельникова я — да и все мы — помню по весьма достойной игре в большой теннис.
Выступал он в те времена, когда на кортах блистали Пит Сампрас, Андре Агасси, Горан Иванишевич. Российские же теннисисты были так себе. Это потом уже появились сначала Марат Сафин, а после — Даниил Медведев и Андрей Рублев.
Однако по завершении карьеры Кафельников отметился совершенно неадекватными заявлениями. И в сторону футбольного «Спартака», и в сторону социально-политических реалий России. Причем Кафельникова нельзя маркировать как банального «либерала». Нет, здесь сквозило нечто диковато-неадекватное. Хоть врачей вызывай.
Относительно же свободы и 90-х Кафельников заявил теперь следующее: «Ельцин — сильный человек. Он дал людям свободу, которой у нашего народа не было с 1917 года». Хм, ну, что тут скажешь?
Ельцин действительно был сильный человек. Точнее — являлся им до определенного времени. Потом же его разрушили страшные вещи. Не мог сильный человек отчебучивать такое, за что краснела вся страна. Понятна симпатия именно Кафельникова — Ельцин любил теннис, благоволил ему. Однако достались ли хоть мало-мальские блага от президента самым простым гражданам? Или им только спирт «Рояль» и «ножки Буша»?
Касательно же свободы — странно и глупо представлять Советский Союз исключительно в контексте ГУЛАГа, черных воронков и тому подобных вещей. Это как минимум банально. И я сейчас не об апологетике Советского Союза, ни в коем разе, а сугубо об объективности.
Покажите мне, к примеру, хоть одну страну, в которой бы режиссеру разрешили снять один и тот же фильм дважды. А Тарковскому позволили.
Просто мантры о свободе и несвободе — корм для школоты, которая плохо знает историю Отечества, предпочитая изучать ее по обрывкам из роликов блогеров.
И если Кафельников в 90-е жил неплохо, то вот миллионы людей оставались без работы, жилья, спивались либо из-за слабости, либо из-за того, что не желали участвовать в этом произволе.
Да, в 90-е стране и народу подарили свободу и свободы, но главной из них стала свобода умирать, потому что никому совершенно не стало дела до тех, кто слабее, до тех, кому труднее.
И выживание превратилось в культ, в пожирание ближнего. Если это свобода, то да — ее нам дали. Но кому она нужна, когда мертвые хоронили своих мертвецов? Так что за правотой Кафельникова маячат кладбищенские кресты, а в могилах лежат «свободные люди», которым позволили умирать свободно.