-Нюр, а , Нюр, - язык мужа заплетался.
Очередной запой благоверного тихонько и стабильно рушил семью. Нет, Петр не дебоширил, жену не бил, матом соседей не пугал, а просто пил. До отключки. Глаза открыл, и пока не отключится, будет пить. Вот такая история. Недели две, месяц. Короткая передышка. И погнали заново... в магазин за "винишком".
Анна всерьез подумывала о психдиспансере: положить его туда, чтобы подлечили. Ну, а пока обдумывала этот вариант, молилась.
-Нюр, - он осторожно тронул ее за плечо, - ко мне Дед Мороз приходил...
Вонючий перегар ставил под сомнение все речи когда-то ее хорошего мужа. Чувствительная к запахам женщина брезгливо поморщилась - привыкнуть к зловонию пьяницы ей так и не удалось.
-Что? - Анна окончательно проснулась.
Спали они уже года два в разных комнатах.
-Какой еще Дед Мороз? С копытами или тот, что серый?
СЕРОМОРДЫЕ
В прошлый раз муж , заливаясь нервным смехом, вещал о "серомордом". Тот стоял в дверях, в комнату к пьяному не проходил, просто смотрел на него. Молча. Страшноооооооо.
Иногда серомордых было много. Тоже смотрели. Тоже не проходили. Застынут в дверях и молчат. Получеловеческие лица, полузвериные.
А пьяный цепенел в ужасе.
Но пить не бросал.
-Нет, не серомордый, - быстро начал Петр, - Его зовут Валентин. Валентин Анфи...- как-то, погоди, как же он сказал..
Спина у Нюры похолодела. Она мгновенно поняла, о ком толкует ее супруг.
Буквально пару дней назад она ездила на Ваганьковское кладбище на могилу к батюшке Валентину Амфитеатрову.
Это был ее второй визит. На могилке она плакала, молилась, рассказывала о семейном горе - мужа как подменили. В такую скотину убогую превратился, жалкую, смотреть противно.
-Ну, и что тебе сказал Дед Мороз Валентин? - тихо спросила жена
-А сказал он мне одну фразу: "Ты больше пить не будешь!" - так же тихо ответил ее муж.
Он был хорошим до того, как превратился в скотину-образину,правда, в церковь не ходил. Такой, "с Богом в душЕ", но жене посещать церковь разрешал, не препятствовал - та из храма не выходила.
А тут , значит, после визита "Деда Мороза" загорелся поехать к нему на кладбище.
Жена ведь сразу как на духу рассказала ему, что ездила, просила за него отца Валентина. Что это не совпадение.
Ну, и отправились туда. Тут же.
ОПОХМЕЛ
Петр, правда, опохмелиться решил: выпить "на ход ноги", чтобы не трясло, доехать нормально чтобы к "Деду Морозу". Жена понимала, что придется уступить, иначе он не доедет. Сторговались на бутылке пива. Крепкого, естественно.
Но по пути купить пива никак не получалось : то закрыто, то перерыв .
-Колдовство какое-то - бухтел Петюня.
-Ну, Петь, чего я могу сделать? Значит, потОм выпьешь, - вздохнула Нюра.
До Ваганьковского кладбища добрались без проблем.
Подошли к могиле батюшки. Петр перекрестился и ... замер.
Это уже потом он признается жене, что в ту же секунду увидел, как наяву, возле креста своего "Деда Мороза". И так тепло и хорошо, и так восхитительно радостно ему стало на душе.
-Петь, я тебе тоже разрешаю выпить бутылочку пива. Но только одну! - улыбнулся старец.
Поехали обратно Анна купила пиво. А Петя смотрит на бутылку и понимает, что не хочет в себя ничего вливать.
И вообще пить больше не хочет.
Так и перестал алкашом быть. Вот прямо за один визит.
А потом, спустя время, пошли они в гости, к подруге Нюриной, церковной женщине.
А на столике журнальном листы. Это распечатанные страницы из книги лежали. Книга та об отце Валентине Амфитеатрове была , "Московский утешитель" называется. Петя глянул на портрет батюшки и сразу узнал
своего "Деда Мороза".
У Пети глаза слезами застилает, ну а как при женщинах плакать?
--Я и ту банку пива не выпил, батюшка, - шепнул он срывающимся голосом, спасибо тебе, родненький...