Этот сарай стоял заброшенным, и мне показалось странным, что кто-то мог затопить печку- из трубы сарайчика шел дымок. Щемящее чувство в груди, чувство тревоги. Чтобы это значило?
Я осторожно открыл дверь, сумел разглядеть ее профиль в полусвете.
Ульяна, моя милая девочка! Я так обрадовался ей, думал, что уехала. Ведь за ней приезжал брат. Там что-то случилось.
Моя Улечка сидела на стареньком диване, вытянув ноги к печурке. Уля обернулась на шаги, на дверь. Ее лицо озарила улыбка, потом поняв, что это всего лишь я,- ее лицо стало непроницаемым, даже суровым.
Мне не хватало воздуха, я все еще держался за дверную ручку. Набравшись смелости, захлопнул дверь- долгая разлука сделала меня неуклюжим и робким, - я шел к ней с трепетанием сердца. Мои губы, наконец-то, выдавили:
-Ульяна, милая моя. Прости, что так долго не решался. Что же ты тут делаешь, одна? Я рад, что ты жива!
Я бы никогда не решился сказать про то, что видел, как Юстас кинулся на нее, начал насиловать. Стыд пожирал меня. Да, я малодушен и труслив. Но я же ее люблю.
-Я его убила, - тихо сказала Ульяна, - я его убила вот этими руками, - девушка вытянула худые руки, они мелко дрожали. Ее знобило.
- Я опустился на колени, прижался к ногам любимой, на ее руки капали мои горячие слезы.
- У нее не было ни радости, ни отвращения. И я это почувствовал, весь сжался, как пружина.
Наконец, я осмелел, потому что Ульяна была как неживая, отважился притронуться к ее волосам, она не отстранилась. Была все такой же безучастной, замкнувшись на своем горе.
В этом затхлом сараюшке так зловеще звучало:
-Я убила его, скрывалась, но не уехала, хотела еще раз взглянуть на тебя. -Тут Ульяна подняла мокрое от слез лицо.
-Как ты смогла?- я тупо таращился на ее маленькие ладони, почти детские.
- Я не могла, иначе. Но теперь не знаю, как могу жить дальше. Где ты был? Ты же знал, что Юстас добьется своего. Почему допустил?
- Я дал тебе возможность выбирать. Зачем ты с ним флиртовала? - внутренне я содрогнулся своей наглости, но мои губы продолжали говорить весь этот вздор.
- Уля никогда не флиртовала с мужчинами. Но она, словно не слышала меня, а лишь качала головой, тихо вытирая слезы.
-Я убила человека! Эти руки я мыла, терла щеткой. Не помогло.
- Говори, не молчи! Тебе не в чем себя винить, - я так боялся, что мой обман раскроется. Куда девать свою низость и трусость?
Я придвинул к дивану колченогий стул, на котором сидел прежде, когда Ульяна приходила ко мне, втайне от всех.
На печурке закипел чайник, клокотала вода. И мне на миг показалось, что ничего страшного у нас не произошло- всё как прежде!
Можно считать, как продолжение