Жиза - она такая, думала Женька, задумчиво складывая посуду в посудомойку.
Какая -такая Женька ещё не определилась, просто накатило немного философского духа. Потому что не накатила, видимо, скаламбурила Женька вслух. Иногда что-то неведомое словно сжимало всё внутри, и всё моментально становилось нереальным, немного грустным и абсолютно чужим. Называла она это чувством вселенской тоски и никому о нем не рассказывала, даже девчонкам. В такие моменты все будто представало перед ней как есть: без конца, без начала, без смысла, и в эти моменты жизнь и смерть становились безразличны, более того - сливались воедино и окутывали Женьку плотным коконом. Такой и нашел ее младший ребенок, стоящей у открытой посудомойки, с тарелкой в руках и пустым взглядом.
- Мать, ты чё застыла, как метательница дисков?
Пожал плечами, взял пакет чипсов и был таков.
Домашняя жизнь Женьки текла мерно, мирно, смирно, и она вполне была довольна. Но иногда, как сейчас, ей хотелось, чтобы наконец что-нибудь разрушило этот счастливый плен, зачарованный сон, в котором она плыла на крыльях благополучия и радости. Иногда хотелось схватить сковородку и швырнуть в окно, одним движением руки смахнуть посуду со стола, чтобы она разлетелась на сотки осколков, а Женька эти несколько секунд попыталась бы ухватить вечность. Или купить билет на завтра куда -нибудь в Челябинск и улететь. Просто так. Бывали моменты, когда она страстно желала,чтобы муж вдруг пришел с работы и сказал, что их переводят в офис в Зажопинск, неделя на сборы. Хотелось жить, но в то же время мысль утратить комфорт и убаюканность жизниенного уклада пугала ее до чёртиков.
Тарелка все-таки нашла свое пристанище, машинка загудела, а Женька села в кресло и снова замерла.
Она слышала звонок, но почти не хотела брать трубку.
- Ну чего вам? - не удержалась от улыбки Женька.
- Слыш, а ты там где вообще? Давай шуруй уже сюда.
- Девочки, а это вообще нормально, что мы пьем каждый вечер?
- Ой, Женька опять там галлюцинирует, девки!
Женька слушала шум бара и крики подруг, тряхнула головой, встала с кресла и сказал трубке:
- Да шучу, шучу, ща буду, пошла в коридор.
Может, в жизни и нет смысла, а может мы такие тупые, что не видим его; может мы реинкарнируем, а может превращаемся в удобрение, или живём на облаке, или жаримся на сковородке - этого мы точно не знаем, но зато пока мы здесь, одно мы можем точно - жить. Здесь, сейчас, жить так, чтобы осознавать каждую секунду своего существования, так, чтобы забыть о том, что есть что-то до и будет что-то после этого момента. И если есть те, кто создают с тобой пространство без времени, то точно стоит надеть обувь и выйти, ибо возможно это те самые единственные моменты, когда мы живы.