Автор Сергей Солодовник
Идеологическое противоборство из всех видов конкуренции и борьбы между государствами есть самое сложное искусство. И во многих случаях игра здесь считается на века, минимум на десятилетия.
Рассмотрим один частный, но принципиальный случай: проецирование влияния Пекина на Тайвань. Аналогии и различия с попытками ведения войны Аполлона со стороны Москвы на Украину будут очевидны.
Итак, изначально никакого сепаратизма и стремления к уникальной тайваньской государственности не было. Чан Кайши не собирался отказываться от претензий на весь Китай, и всем преемникам запретил. Это табу до сих пор выдерживается на уровне общеостровного консенсуса.
Второе. Никакой борьбы с континентальной культурой на Тайване не объявлялось, не предпринималось, не декларировалось. Более того, именно Тайвань, с достаточными на то основаниями, до конца 1970-х годов перед всем миром демонстрировал роль эффективного хранителя и сберегателя китайских традиций и религии.
Третье. За период с 1949 года на Тайване не предпринималось ни одной попытки искоренить общекитайский язык – мандарин, устроить замену традиционным иероглифам – скажем, на латиницу, или «японизировать» китайский язык в пределах своей юрисдикции.
В-четвёртых. Если первые четверть века самоуправления Тайваня со стороны Пекина отсутствовал положительный образ развития, то за последние 40+ лет разница в уровнях жизни и развитии между Тайбэем и Гуанчжоу практически нивелировалась. Поездки с Тайваня на континент были весьма интенсивными вплоть до пандемии.
Вывод. При всех очевидных бонусах, которые КНР имеет в войне идеологии и пропаганды на Тайвань, до воссоединения на добровольной основе пока далеко…
С другими статьями можно ознакомиться на сайте, в ВК и Телеграм.