Чем отличаются падения банков в США и Швейцарии и почему России не все равно
Истории с банком SVB и история с банком Credit Suisse — это разные истории.
Про что «история SVB»? Банк Кремниевой долины — это был не столько банк с хранением депозитов, сколько банк расчётов hi-tech стартапов долины в Калифорнии.
Как устроен бизнес стартапов? Венчурный инвестор даёт деньги, и те понемногу тратятся на оперативную деятельность клиента. Стартапы помещали деньги в SVB, а потом тянули их оттуда понемногу на свою деятельность.
SVB в свою очередь хотел зарабатывать не только на обслуживании счетов, но получить хоть небольшую прибыль от лежащих без дела депозитов юрлиц. При этом SVB не рисковал — и потому покупал на деньги клиентов супернадежные правительственные облигации — когда их доходность была ещё чуть выше нуля (что-то вроде 1%).
Но вот ФРС повысила ставки (надо давить инфляцию), и тут SVB попал в ловушку. Если деньги стали дороже, венчурные инвесторы гораздо менее охотно дают их стартапам. Окей, сказали стартаперы, у нас полно денег на счетах в Банке Кремниевой долины, возьмем их оттуда. Они пошли в банк, и тут выяснилось, что наличности в банке «не хватает» — на нее были купены правительственные облигации. Никто не отказывался их оплачивать, но в свой срок погашения. А когда на рынке есть облигации, выпущенные при ставке условно 4%, то облигации, выпущенные при ставке 1%, никому особо не нужны и продать их быстро можно только с дисконтом. На фоне роста ставок ФРС с 0,08% в начале марта 2022 года до 4,57% в начале марта 2023 года казначейские облигации сроком 10–20 и более 20 лет потеряли около 25% и 30% цены соответственно.
Там еще какой был момент — в Штатах страховка покрывает депозиты на $250 тысяч — но у SVB такое покрытие было только у 2,7% депозитов — поэтому SVB получил классический «набег на банк», против которого средства нет.
Все всё делали правильно — и вкладчики, которые пошли снимать депозиты, и менеджеры банка, которые пошли покупать облигации, и ФРС, которая подняла ставку, но что-то пошло не так: в некотором смысле SVB просто не повезло — у него были слишком умные клиенты, которые слишком рано поняли, что банк может столкнуться с «кассовым разрывом».
А вот история с Credit Suisse — она про другое. Да, он тоже покупал американские облигации. Проблемы Credit Suisse имеют давнюю историю: банк не мог вернуться к уверенной прибыльности еще со времен кризиса 2008–2009 годов, и его в некотором роде тоже подвели клиенты — только уже другие.
В начале 21-го века швейцарские банки получили огромное количество новых клиентов — туда хлынули деньги клептократов со всего мира. После кризиса 2008–2009 годов финансовые регуляторы значительно усилили надзор за соблюдением банками антиотмывочных законов, которые сами по себе были значительно ужесточены, а также жестко отслеживали соблюдение банками различных ограничений. Чтобы отучить банкиров от сомнительных сделок, власти регулярно накладывали на банки колоссальные штрафы. В общем вы поняли — все банки более-менее сделали правильные выводы, а вот Credit Suisse продолжал гнуть свою линию — и накапливал убытки.
Швейцария долго и упорно защищала и продолжает защищать непрозрачность своего финансового сектора, но… Ситуация зашла так далеко, что покупка Credit Suisse при поддержке правительства выглядела меньшим злом, чем его банкротство.
А вот какие выводы мы можем сделать для себя? Тот, кто думает, что банковский кризис в Штатах и Европе может развернуться в полномасштабную рецессию, но при этом финансовая система РФ останется в стороне, тот забывает, что кризис банков всегда ведет к спросу на наличные, а там, где дорожают наличные, там снижаются цены на сырье. А там, где снижаются цены на сырье, там начинаются проблемы у тех, кто живет доходами с его продажи.
Ну и про набег на банки — это действительно рискованная история. Новейшие американские исследования показывают, что банковская система США в целом устойчива к «набегу вкладчиков». Но в любом случае стабильность любой финансовой системы зависит от готовности людей этой системе доверять.