Перед домом всегда росли цветы. Сколько себя помнила, Джози любовалась ими из окна и помогала содержать полисадник в порядке.
Первую колючку занесло не иначе, как ветром. Она растолкала своими пока ещё слабыми, но хищными ветками так любимые мамой ирисы. Впрочем, она пропала так же быстро, как и появилась. Вместе с мамой они приложили к этому всё усилия.
Вторая колючка залезла в папины маргаритки. Джози поздно вернулась домой и хмурый взгляд отца не предвещал ничего хорошего. Тогда девушка хлопнула дверью своей комнаты и заявила, что уже достаточно взрослая, чтобы сама решать, во сколько ей возвращаться. На следующее утро колючка занимала уже пол грядки.
Джоз сделала вид, что не заметила её, хотя ей было безумно жаль папины цветы, да и стыдно за своё поведение вчера. Но она ушла в школу и ничего не сказала.
Колючек заносило ветром в их полисадник все больше и больше. Ссоры с родителями из-за учёбы, уборки, поздних гулянок. В дом уже не хотелось возвращаться, цветов перед окошком становилось всё меньше и меньше. Ветви колючих елей заслоняли землю перед домом от солнца, мрачными тенями заглядывали в окна.
Прошла школа, начался университет. Однажды, возвращаясь домой, Джози поняла, что узкая тропинка по которой она едва-едва добиралась до дома исчезла. Вокруг дома был непроходимый лес. Тянулись вверх колючие ели, понизу вилась лесная ежевика, словно колючая проволока опутывающая каждый метр. Не было ни тропинки, ни просвета. Не было слышно и голосов родителей в доме.
В мрачной тишине Джози с ужасом подумала, что никогда не сможет вернуться домой. Она побродила вокруг, силясь найти хоть какую-то тропку, но ничего не нашла. Лес впереди был мрачный, чужой и страшный. Девушка отступила на шаг, другой и бросилась прочь.
Следующее утро она встретила за работой. Топор был тяжёлый, непривычный, но зато неплохо рубил ветви деревьев, а защитные перчатки помогали безжалостно рвать плети ежевики.
Лес не хотел сдаваться. Цеплялся за волосы, подсовывал паутину, хватал ветвями за плечи. Джози изодрала руки о ежевику и заработала парочку мозолей на ладонях, прежде чем смогла прорубить небольшой проход вперёд. Но это было не важно. Важно - что углубившись ещё немного, она услышала ответный стук топора невдалеке. Значит не одна она боролась с лесом.
Прошёл день, а может и два. Лес внутри был ещё темнее, ещё страшнее и ещё гуще, но Джози не сдавалась. Когда, наконец, уставшая, она вывалилась на просеку и увидела на другом её конце родной дом, девушка расплакалась.
Как же счастлива она была видеть его, знать, что её здесь ждали и всегда любили и будут любить. Она обнималась с подбежавшими родителями и никак не могла успокоиться.
Вместе они расчистили лес окончательно. В доме перед окошком вновь зацвели ирисы, маргаритки и нежные незабудки.
Джоз иногда с опаской поглядывала на другой лес - тот, что всегда был и через который она ходила в школу, добиралась в университет и на работу. Не всегда он был с ней приветлив, но теперь девушка знала - если будет нужно, родители подхватят топоры и вместе с ней помогут прорубить дорогу вперёд.
