Началась вторая неделе моего ученичества в электроцехе. Утро понедельника — это было весьма тяжёлое время для большинства работающих в нашей бригаде и начиналось оно стандартно- с сигаретки под газировку (многих душило похмелье) и партии в домино. Трудовой народ болел и скучал, а тут снова мы с Женькой, как бельмо на глазу- энергичные и с желанием работать.
Жук, прищурив глаз, наблюдал, как мы подсчитываем на стеллаже движки, и, по-хорошему работы для нас было до обеда, а этот объем надо было разделить на всю бригаду, тем более что крупняка за выходные на ремонт не поступало. Допив газировку, он подошел, поздоровался и сказал: «Мужики, вы знаете, что такое полит. информация?». Естественно, в советской школе мы готовили выдержки из газетных статей о том, что происходит в мире и ответ был дан утвердительный. Жук добавил, что в 09.00 в бригаде будет пятиминутка и его очередь делать полит. информацию, но в цехе тихо работает колокольчик (радиорупор) и надо, чтобы мы срочно создали резонанс для увеличения громкости, иначе все будет плохо, и он нас заставит делать уборку в непотребном месте. Он пояснил, что создание резонанса- дело простое, надо всего лишь взять кувалду и долбить по металлической сборной монтажной вышке под колокольчиком, которая будет дребезжать, создавая резонанс, и радиорупор будет работать громче.
Помня предупреждение бригадира о хитрости Жука, я сразу призадумался, что, скорее всего, это подвох. Однако, все мужики кивали головами с серьезным видом, поддерживая тему. Женька подхватил кувалду, и мы пошли к вышке создавать резонанс.
Мой напарник с размаху долбанул первый раз, вышка задребезжала, и Жук, и все мужики показывали жесты руками, что мы правильно делаем. Женька долбанул повторно, народ аж подскочил от радости, едва не хлопая. Когда он занес кувалду в третий раз, от въездных цеховых ворот раздался страшный вопль старшего мастера: «Кто там, б….ь долбит, совсем о….и!». Он бежал в нашу сторону и был похож на разъяренного быка, несущегося на красную тряпку. Я дернул Женьку и сказал, что надо срочно делать ноги, иначе огребем по полной. В этот момент Жук со всей честной компанией просто угорали, даже кто-то от смеха валялся на полу. Мы спрятались за токарным станком, он искал нас глазами, подошел к доминошному столу и на весь цех слышался крик раненого бизона, а мужики никак не могли успокоиться от смеха. Оказалось, что эта вышка была единственной на заводе и с использовалась для специальных высоковольтных работ. «Ну идите, б….ь, сюда, говорите, зачем долбили кувалдой?», промолвил начальник более- менее успокоившись.. Женька, без зазрения совести, заикаясь, произнес, что создавал резонанс. Старший мастер ответил, что ему надо создать резонанс в его пустой башке, чтобы на будущее он думал, прежде чем что-то делать.
На пятиминутке вместо запланированной полит. информации все обсуждали произошедшее, и нашему наставнику Диме хорошо досталось за нас от старшего мастера. Жук, при этом не пострадал никак, наоборот, он и вся его компашка ходили целый день в приподнятом настроении и угорали. Мы с Женькой тайком решили, что надо как-то проучить этого прохвоста, но как, пока не знали, надо было хорошо изучить все его привычки. Одним из первых желаний после пережитого- было поймать его одного где-нибудь и поколотить, но он не ходил один, поэтому было принято решение обождать, понаблюдать.
История с созданием резонанса стала вскоре известна на всем заводе, и мы стали условными героями и предметом обсуждения. Через неделю страсти поутихли, но мы с Женькой продолжали наблюдение и ждали удобного момента, чтобы подловить Жука.