Празднование Славянской Масленицы
Календарная весна не совпадает с истинной астрономической весной, а наступает она 20 и 21 марта, в Великий день Весеннего равноденствия.
Вместе с Весенним равноденствием отмечали славяне особый праздник Солнца, настоящую Масленицу – Комоедицу.
В честь прихода Весны украшают девушки деревья лентами.
Зовут люди Весну, устраивают гуляния с песнями и хороводами, пекут куличи, баранки, пряники—жаворонки и печенье с солнечной символикой, жгут костры.
Весеннее равноденствие, свершение еще одного круга Жизни.
Шумная Масленица, сценарий которой распространен сейчас – не славянский праздник.
То, что сейчас в народе зовется праздником Масленицы искажено и не является истиной. Гуляния, затеваемые перед великим постом, предшествующим Пасхе – это попытка совместить древнее язычество и христианство.
Еще в пятнадцатом веке, в соответствии со своим природным календарем, славяне праздновали приход Весны в день Весеннего Равноденствия.
Это был настоящий праздник Масленицы, славянский праздник встречи Весеннего Солнца. Из века в век, именно с момента Равноденствия люди считали весну вошедшей в свои права. Праздник исчислялся Солнечным Коловоротом, день, когда просыпалась Мать сыра Земля, когда спускался к ней молодой и огненный Ярило - Солнце, был настоящим славянским праздником Весны. Это день, когда одни Боги приходили в мир Яви, а другие покидали его. Возможно, с сожалением уходит от нас Морена-Зима, но такова её доля – покинуть мир людей по весне, потерять свою власть, чтобы вернуть её к следующей зиме.
Почему праздник Масленицы называется Комоедицей? Совсем не потому, что «первый блин комом». Потому, что Великий Велес, обладая способностью к оборотничеству, чаще всего любил приходить на праздники в виде медведя, то есть «кома». Первый блин отдавали медведю и пословица приобретает сакральный смысл только в первоначальном виде: «первый блин кому (медведю)». Вот и называется праздник Комоедица.
Блины всегда были блюдом, которое ели на поминках, это ритуальное поминальное блюдо у славян.
Отношение к тайне смерти, которое исторически показывали славяне, было удивительно светлым, похожим на то, во что сейчас верят буддисты.
