Рита сидела за кухонным столом, бессильно опустив руки на колени. В раковине высилась гора невымытой посуды.
- Еще не мешает пропылесосить в комнатах и прихожей, - отметила про себя молодая женщина.
Пылесосить приходится каждый день: дочка и муж умудряются за вечер все запылить и замусорить непонятно чем.
- А вот еще пол на кухне протереть.
Он вообще-то чистый, можно только подмести, но Рита любила это делать по-особому, надев мокрую тряпку на швабру: так крошки лучше собирались.
Она только что пришла со встречи со своей школьной подругой. Инка позвонила внезапно и предложила встретиться.
Оказывается, она недавно снова вернулась в родной город. Немного обустроилась, нашла работу, а теперь решила встреться с лучшей подругой, с которой не виделась десять лет.
Когда Инна уезжала искать счастья на Урал, Рита как раз собиралась замуж. Ей очень хотелось, чтобы Инна была у нее свидетельницей на свадьбе. Но подружка так торопилась в новую для нее жизнь, что вообще, даже на минутку, на свадьбу к Рите заскочить не могла.
Потом девушки только перезванивались. Сначала подолгу болтали по телефону, но позже время их разговоров стало сокращаться и сокращаться.
А что удивительного? У Риты семья, заботы, Инна тоже вышла замуж. Обе еще и работали. Поэтому вскоре только успевали переброситься парой вопросов типа: «Как дела?», «Как муж?», «А дети?». Но даже на эти вопросы обеим подробно отвечать было некогда и ответы, честно говоря, слушать тоже.
Полгода назад Инна пропала. На звонки не отвечала. И вдруг объявилась уже в родном городе…
Сегодня, наконец, они смогли наговориться вдоволь за все то время вынужденных ограничений.
Но удовольствия и радости после встречи с подругой Рита не испытывала…
Нет. Она очень рада была видеть Инну, но только, только…
Молодая женщина медленно поднялась, вышла в прихожую и встала перед зеркалом. Прихожая – было единственное место в квартире, где имелось зеркало в полный рост.
Вообще-то смотреться там зеркало для Риты было привычным ритуалом. Она всегда так делала, собираясь на работу, в магазин или на родительское собрание дочери-третьеклассницы.
- Да… магазин, работа, родительское собрание. Вот и все, куда я выхожу, - грустно заметила про себя молодая женщина. – А в кино? В театр? Или просто пройтись, прогулять новое платье? Нет. И нового платья-то нет тоже.
Рита приблизила лицо к зеркалу, внимательно себя разглядывая. Сегодня она смотрела на себя совсем другим взглядом, не тем, каким привыкла окидывать, собираясь по делам.
Сегодня Рита смотрела на себя как бы со стороны. И то что она видела, ей совсем не нравилось. Молодая женщина повернула голову вправо, влево, приблизила лицо к зеркалу, снова отдалила. И так несколько раз.
- Морщинки появились. Кожа какая-то тусклая. А это что свисает? Брили, кажется, называется? На кого я похожа? А мне ведь только тридцать четыре, - Рита снова вздохнула. – Волосы собраны в пучок на затылке. Не потом, что так красиво, а потому, что удобно. Халат… Халат, потому что практично и не страшно запачкать за уборкой. А новый домашний костюм жалко. Ох, какой же страшный халат. Никогда не замечала раньше? Почему? – и сама себе ответила.
- Инна. И почему женщины в браке выглядят хуже своих незамужних ровесниц?
Инна заставила сегодня Риту взглянуть на себя иначе. Подруга пришла сияющая с модной прической, ярким макияжем.
- А какой у нее маникюр! – Рита мечтательно закатила глаза и тут же взглянула на свои руки. – Куда мне? С ним же ни постирать, ни помыть, ни еду приготовить. Зато мои все ухоженные и довольные, - попыталась себя подбодрить Рита. Но ничего не вышло. Образ подруги не шел из головы молодой женщины.
- Подумать только! Два месяца как развелась, а сияет… Краше, чем замужем была стала, а сравнить было с чем. Инна фотка показала «из прошлой жизни», как она сказала. А ведь когда-то они обе были первыми красавицами школы, - Рита мечтательно зажмурилась, вспоминая. На выпускном мальчишки даже подрались за право танцевать с ней. Куда все делось? Почему?
Молодая женщина вздохнула, еще раз посмотрела на себя в зеркало и пошла на кухню убираться и готовить ужин. Скоро муж вернется, а надо еще успеть за Настеньку после продленки забрать.
Рита драила сковородку, когда хлопнула входная дверь.
- Кто бы это мог быть? Дима что ли раньше вернулся?
Она прислушалась. - Да. Муж.
- Странно, обычно он первым делом бежит мыть руки, а тут копошится и в ванну не спешит. Выйти посмотреть? – подумала Рита.
Она вышла в прихожую, но там Димы не было. Прошла в спальню. Он был там. Рылся в шкафу. И не просто рылся. Он выбрасывал оттуда свои вещи, а затем быстро складывал в сумки.
- Ты уезжаешь в командировку? – спросила Рита и сама удивилась, уж больно беспорядочно муж складывал вещи. Это было скорее похоже не срочную эвакуацию.
- Нет. Да. Не в командировку. Я уезжаю… Точнее ухожу от тебя. Я встретил другую и полюбил.
- Дима, - Рита бессильно опустилась на край кровати. – Как же так? Вот так сразу?
- Не сразу. Я долго думал. Я тебя разлюбил. Мне было жаль оставить тебя. Я знаю, как тебе будет тяжело. Но ты посмотри, в кого ты превратилась! Я долго пытался заставить себя жить с тобой, из чувства долга, чувства вины, сострадания… Все больше не могу. Я хочу быть счастливым. Я имею на это право! Когда мы с тобой ходили в кино? В ресторан? А в отпуск, когда ездили? У тебя все время дела. И даже если я тебе помогал… А я помогал! Все время помогал! И с дочкой: пеленал, купал, кормил, а теперь уроки делаю. И по магазинам тебя за продуктами возил, чтоб тебе легче было, чтоб ты вспомнила, что ты женщина! Но нет! Ты находила новые немытые кастрюли, новый сор на паласе… Все, что угодно, чтобы только провести время с тряпкой, кастрюлей, а не со мной, дочкой или, ладно уж с парикмахером или косметологом! Теперь тебе на одного мусорщика меньше! Радуйся!
- Быть со мной из жалости? Из сострадания? Нет. Не надо, Митя, - спокойно сказала Рита, только губы ее чуть побелели. Впрочем, Дима этого не заметил.
Он застегнул последнюю сумку, еще раз бросил взгляд на жену и стремительно вышел.
Когда за ним захлопнулась дверь, Рита сползла на пол и разрыдалась. Сколько это продолжалась? Она не знает.
Молодая женщина очнулась, когда маленькие ручки обвили ее за шею и такой родной голос произнес:
- Мамочка! Мамочка что с тобой? Тебе больно? Ты упала?
Не успела Рита ничего ответить дочери, даже удивиться, откуда она здесь взялась, ведь Рита так и не сходила за ней в школу, как услышала еще один, но уже властный и сердитый голос:
- Ты почему трубку не берешь? Тебе учительница Насти дозвониться не могла! Ты что, хотела ребенка ночевать в школе остаться. Хорошо у нее мой телефон был!
- Мама?! – удивленно подняла голову Рита на входящую в спальню женщину в облаке дорого парфюма.
- А кто еще! – ответила Ирина Николаевна. – А ты что это тут? – уже встревожено спросила мать?
- Дима ушел?
- Куда ушел?
- Мама, он совсем ушел. Сказал, что разлюбил, что хочет быть счастливым, - пробормотала Рита.
- Хочет? Правильно! Имеет право. А что ты тут расселась, слезы льешь? Ты не хочешь быть счастливой?
- Мама, о чем ты. Я же все делала, чтобы Диме было хорошо и Настеньке. Смотри, у меня весь дом блестит. И обед и ужин всегда вкусный, – оправдывалась Рита.
- Ну, это ты решила, что все это нужно и важно Диме и Насте. А может, стоило у них спросить? Узнать чего они хотят – вкусный суп или любой гамбургер, например,, но после каруселей с тобой парке? Эх, Рита-Рита.
Мать опустилась на ковер рядом с дочерью.
- Однажды мы с твоим отцом также чуть не развелись, - вздохнула Ирина Николаевна.
- Как это?
- А вот так. Твой отец в плавание уходил. Не на месяц, не на два… Так когда он возвращался, для меня это такой праздник был… Я ему и его любимый супчик сварю, и картошечку запеку, и кролика зажарю по фирменному рецепту. А потом бегу на причал его встречать. А он сначала радовался. А потом, через пару лет, перестал. Обнимет для порядка и скорей домой торопится, будто спрятать меня хочет. Я думала, скучал, но нет. И дома сядет, хмурый, неразговорчивый. Я и так, и этак… Холоден. А через три года так пришел домой, посмотрел на мои разносолы да и сказал: «Лучше бы ты, Ира, не это все готовила. А в парикмахерскую сходила, прическу сварганила, платье бы новое надела, там маникюр всякий сделала, глазки накрасила да так бы меня на причале встретила. А то у мужиков жены – красавицы, а моя вечно растрепанная, бледная, замученная. В старье каком-то».
Хотела я тогда ему возразить, что мол, зато у тебя смотри, сколько всего вкусного дома и чистота, да язык прикусила…Не надо ему это. Он со мной и в кафе сходит разносолов поесть. Ему жена ухоженная нужна… С тех пор ты видишь мама твоя, без макияжа и прически в магазин не выйдет…
- Папа так мог?
- А чего тут мочь? Хорошо, что сказал. Я ведь для него старалась, да не угадала. С тех пор у нас мир и согласие. А ковер и вместе выбьем, и суп сварим, и даже торт испечем. Так-то, дочь. Ну, заканчивай хныкать. Пойдем тебя сначала умоем, а потом подумаем, как Диму вернуть. Ну-ка Настя неси мамино платье, которое тебе больше нравится, - скомандовала Ирина Николаевна.
- А он вернется? – неуверенно спросила Рита.
- А тут от тебя все зависит. Не вернется – другого найдешь. Главное – ты теперь точный секрет счастья семейного узнала, на своем горьком опыте. Ишь, запустила-то себя как! Ну, ничего. Неделька, другая и засияешь. Счастье не только кастрюлями да супами создается.
Почему женщины в браке выглядят хуже своих незамужних ровесниц?
Кто-то скажет: много семейных дел и обязанностей.
Да, дел и обязанностей, конечно прибавляется. Но ведь не только у жены, но и мужа, верно?
Так почему же женщина, что называется, опускается?
- Муж есть и больше никого завоевывать не надо, – это первый аргумент.
Женщина расслабляется и перестает за собой следить так, как это делала раньше.
- Теперь главное быт. Чтоб все чистые, накормленные, ах, да и уроки выученные, - это второй аргумент, который приводят себе женщины.
И выглядит бедная женщина, как загнанная лошадь, хотя нередко никто ее, кроме нее самой, загонять не хотел и не собирался. Просто в свое время мамы, бабушки сказали, что теперь ее жизнь, как романтичного создания закончилась, сразу после появления штампа в паспорте закончилась, и начались трудовые будни.
Да. Домашние дела девочек и девушек старшие женщины заставляют воспринимать не как приятные хлопоты, а как новую, неоплачиваемую, обузу… ой, точнее работу.
- Теперь вся жизнь для мужа и детей, - третий аргумент. Его тоже не сама женщина придумала. Какая-нибудь заботливая тетя, бабушка, мама навязала.
И женщина стыдится что-то делать для себя. Краситься, делать маникюр, покупать красивое платье или новые сапоги – это «воровать» бюджет у семьи.
Я вспоминаю то, когда у меня родился ребенок, и за мной мать ходила с требованием остричь ногти. Типа я ребенка поцарапаю. Я изверг, которого к малышу подпускать нельзя. Эгоистка, думающая только о себе. Никудышная мать. Да-да. И это не все, что я тогда услышала. Но ногти не обстригла. Во-первых, это красиво, во-вторых, они не такие были длинные, а в-третьих, мне так было удобно: я ничего не могла делать без них, даже памперс застегнуть. Кто застегивал, меня поймет. И, в-четвертых, появление ребенка, это не приговор женщине забыть о себе, своей внешности, своих интересах и желаниях.
Что еще?
Есть, конечно, плохие мужья. Не помогают, требуют… Но тут выбор женщины: заменить мужа или с имеющимся договориться.
А вот когда женщина разводится…
Вот тогда она опять может много чего в жизни хотеть. Ее никто не будет осуждать, загонять в угол, заковывать в цепи, кандалы ненужными требованиями, глупыми стереотипами. И женщина расцветает.
А вовсе не потому, что ищет нового мужа. Чаще всего и не ищет. Потому что когда вырвешься из клетки семейной – ощущения сказочные. А вы как считаете?