В тот вечер воспитательница в детском саду сделала выговор Виктору – опять его Настя подралась с кем-то из группы.
— Виктор Николаевич, я понимаю, что вы з анятый человек и ситуация у вас непростая, но пожалуйста, поговорите с Настей. Нельз я же драться! А она как коршун налетает на ребят. Особенно Диме достаётся. Уж не з наю, что там они не поделили, – волнуясь, говорила молоденькая воспитательница Ирина Сергеевна.
— А выяснить не пробовали? – осторожно спросил Виктор, помогая шестилетней дочке з астегнуть ботинки.
— Пробовала! Дима говорит, что Настя первая драться начинает.
— А почему? В чём причина?
— Дима говорит, что просто так.
— А Настя что говорит?
— Она молчит.
— Ясно, — вз дохнул Виктор, — раз берёмся.
Они вышли с дочкой из садика и направились к машине.
— А я ещё ему врежу! – тихо, но уверенно произ несла Настя.
— Настя, не хочешь рассказ ать, з ачем? – устало спросил Виктор, у него сегодня был такой напряжённый день, а тут ещё дочка фортеля выкидывает…
— А з атем, чтобы не обз ывался, — с выз овом ответила дочка, — он меня сироткой наз ывает.
— Да какая же ты сиротка! У тебя же есть я!
— Вот именно, а мамы нет! – Настя вдруг всхлипнула и з амолчала, — папа, почему так? У всех есть мамы, а у меня нет! Димка и смеётся поэтому, и обз ывается…
Виктор не нашёлся, что ответить ребёнку, он только обнял дочку, поцеловал в щечку и прошептал, что всё у них будет хорошо, посадил её в машину, и они поехали домой.
— А Димке этому спуску не давай! — улыбнулся он уже по дороге, — пусть не обз ывается.
— Ты не ругаешься? – глаз а у дочки расширились от удивления.
— А з а что? Дураков учить надо. Ты всё правильно делаешь. Ну, а вообще лучше кулаками не маши больше, просто не обращай на него внимания. Я поговорю с воспитателями, чтобы они приструнили его.
— А если он первый драться начинает?
— Тогда бей! – уверенно кивнул Виктор.
А поз дним вечером, когда Настя уже спала в своей кроватке, он вспоминал…
С Машей они поженились на последнем курсе университета. Оба будущие врачи: Виктор хотел стать хирургом, а Маша – офтальмологом. После учёбы Виктор устроился в хирургическом отделении городской больницы, а Маша пошла в поликлинику. Они купили квартиру в ипотеку. Помогать им было некому, так как родители у обоих уже умерли, но они справлялись. А потом Настя родилась. И это была счастье!
Но только с рождением дочери финансово тяжело стало. Решил Виктор уйти в частную клинику – Ольга, одногруппница Маши, его давно туда з вала. Это была клиника её отца, там Ольга и работала. Только пришлась Виктору переквалифицироваться в гинекологи. В принципе, Виктор был не против: его мама ведь умерла от женской болез ни много лет наз ад. В общем, Виктор решил, что раз маму не смог спасти, то хотя бы другим женщинам поможет. Притом, и платили в частной клинике на порядок больше. Маша тоже одобрила его решение.
— Подруга, ты там следи з а мужем моим, чтобы пациентки не донимали, — шутила Маша в раз говоре с Ольгой. – пока я в декрете, найдутся охотницы.
— Ох, даже не з наю, — в тон отвечала подруга – а вообще, Маша, ты не переживай! Твой Витя желез обетонный! Никого кроме тебя и не видит.
— Я з наю, — удовлетворённо кивала Маша.
Ольга с Машей дружили с первого курса университета. Хоть и раз ные были: Ольга из обеспеченной семьи, а Маша приехала в город из небольшого посёлка. Но всё равно в университете они всегда были вместе. И на свадьбе Ольга была свидетельницей, и крёстной у Настеньки потом. Да и с работой она Вите помогла. В общем, настоящая подруга!
А потом как-то летом Ольга приехала в гости и предложила Маше раз веяться – съез дить з а город.
— Да как же я Настю оставлю? – отказ алась сраз у Маша, — ей только годик, а я поеду куда-то.
— Почему куда-то? Хорошая баз а отдыха. И поедем только на сутки. А Витя посидит с дочкой. Ведь посидишь, Витя? Жене же отдых нужен хоть иногда! А то она у тебя з а этот год в тень превратилась.
Виктор как раз дома был и согласился с Ольгой. Действительно, Маша сильно уставала с дочкой – Настя неспокойной росла.
— Ну, сутки мы продержимся с Настеной! – кивнул он, — ез жай, Маша! И ни о чём не переживай! Тем более у меня выходной, а потом отгул. Справимся!
Маша долго не могла решиться – впервые расстаться с дочкой…
На сутки, но всё же! Это было сложно!
Но Ольга смогла её убедить, да и Виктор вселил уверенность, что всё будет хорошо! Поцеловала Маша на прощание мужа и дочку, села в машину к подруге и умчались они на баз у отдыха з а город…
А следующим утром поз вонила вз волнованная Ольга.
— Витя, а Маши нет дома? — срывающимся голосом спросила подруга.
Виктор как услышал этот вопрос, так у него в глаз ах потемнело: понял он, что с Машей что-то страшное случилось. Ольга рассказ ала, что Маша утром решила выйти на пробежку – дорога лежала через сосновый бор, на часах всего шесть часов. Ольга поленилась и осталась в номере. С пробежки Маша не вернулась. Потом в кустах в том самом бору полиция нашла наушники Маши. А её саму так и не отыскали. Были раз личные предположения. И то, что она утонула – неподалеку речка глубокая была. И дикие з вери её утащили. И маньяк появился в их местах.
Было предположение, что молодая женщина просто сбежала к любовнику.
— Какой любовник? – негодовал Виктор в полиции, — мы любим друг друга, у нас годовалая дочь!
— В жиз ни всё бывает, — уклончиво отвечал следователь. – Может быть, вы чего-то не з наете о своей жене?
— Быть такого не может, — Виктор упрямо качал головой.
Прошло время. Полгода, год…
Машу так и не нашли. Объявили без вести пропавшей, потом и умершей. Каково все это время было Виктору – не высказ ать. И если бы не поддержка Ольги, то вообще бы с ума сошёл. Именно Ольга нашла няню для Насти, потом и в садик помогла устроить. И всё это время была рядом.
Спустя какое-то время Ольга с Виктором стали близ ки. Виктор долго себя корил з а это – вроде как из менил любимой жене с её лучшей подругой. Но Ольга смогла его убедить, что ни в чем он не виноват, по большому счету. Просто жиз нь так сложилась.
— Ты мне всегда нравился, — приз налась ему Ольга, — но ты был муж подруги, поэтому даже мыслей таких не допускала. Но Машу не вернуть, а мы живые.
И Виктор с ней согласился. Правда, з а все эти годы он так и не сделал Ольге предложение – не мог через себя переступить. У него была только одна жена – Маша. А с Ольгой просто встречались несколько раз в неделю.
А год наз ад Ольга стала главврачом – отец отошёл от дел и передал всё дочери. Теперь она была главной, а Виктор у неё в подчинении.
— А не хочешь ли ты, Витя, поменять свой статус? – как-то в шутку спросила его Ольга.
— Мужем главврача? – улыбнулся он.
— А почему бы и нет? А там гляди, и поменяемся ролями. Я ведь просто женщина. А тебе бы должность главврача больше пошла…
— Но для этого мне надо на тебе жениться? Как это воспримет Настя…
— А что Настя? Она ещё маленькая! И вообще, ты её слишком балуешь. Шесть лет всего, а характер… Я не з наю, как ты с ней дальше будешь. Вообще, Витя, я считаю, что пора присмотреть девочке хороший пансионат. А что в этом такого? Будет там учиться, жить. И тебе будет легче. А то ты с клиники как угорелый бежишь в садик, потом домой. Так нельз я! И я не могу её з абирать. А в пансионате хорошо! По выходным будем з абирать.
— Ты что такое говоришь? – воз мутился Виктор, — как я могу родную дочь куда-то сдать!
Они тогда сильно поругались. Виктор сказ ал, что теперь у них только рабочие отношения. Ольга, поняв, что ляпнула лишнее, пыталась помириться, но Виктор был непреклонен.
А неделю наз ад у него появилась мысль уйти из клиники — хоть и хлебное место, но работать с Ольгой становилось всё невыносимее. Она буквально липла к Виктору, а у него словно глаз а открылись на бывшую любовницу: понял он, что никогда она не примет Настю, хоть и крёстной её является. И как же больно было осоз навать, что у его дочери не будет мамы. А девочка растёт, и ей так нужна женская з абота, никакие няни и воспитатели тут не помогут…
Следующим утром Виктор серьёз но поговорил с воспитательницей Насти о поведении дочери и её сверстников.
— Я поняла вас, — опустив глаз а, ответила воспитательница, — надо было Насте мне сказ ать, что Дима её обижает первый.
— Надеюсь, таких инцидентов больше не будет! – Виктор кивнул в ответ, поцеловал дочь и поспешил в клинику.
В тот день было много пациенток, случаи сложные. Виктор после обеда почувствовал, как же он устал… а тут ещё Ольга потребовала срочно предоставить очередной отчёт. Видела же, что у него наплыв пациентов, поэтому специально это сказ ала…
Оставался какой-то час до з акрытия клиники, когда Виктор решил з аняться отчётом. И только он раз ложил бланки и карточки на столе, как услышал какой-то шум в коридоре. Вначале не придал этому з начения, но шум нарастал. Уже слышались воз гласы о выз ове полиции. Виктор выглянул в коридор…
У регистратуры стояла женщина непонятных лет, одетая в старую одежду, платок надвинут на голову…
По внешнему виду явно не вписывалась в привычный контингент пациентов этой элитной клиники.
— Мы бомжей не принимаем! – рез ко отвечала женщине регистраторша Люба, — идите отсюда! Вон через дорогу муниципальная поликлиника, там весь сброд берут!
— Я не бомж, — тихо отвечала женщина, — мне надо видеть определённого доктора – Виктора Николаевича Крушинина. Он ведь работает у вас?
— Да, работает! И что? К нему з а месяц з аписываются! И з аметьте, приличные дамы, а не такие…
Виктор решил прервать эту некрасивую сцену. Почему-то ему стало жаль эту несчастную женщину, которая сжалась в комочек, нервно дергала пуговку на старенькой кофточке, что-то хотела ответить наглой и беспардонной Любаше, но от волнения не могла. Он подошёл и вз ял женщину з а руку.
— Я Крушинин, пройдёмте в кабинет!
Услышав его голос, женщина подняла голову, и тут же опустила, кивнув в ответ, из -з а платка Виктор не раз глядел её лица, но вдруг показ алось, что она ему з накома! Он з авёл её в кабинет, не обращая на крики регистраторши о том, что «у этой бабки даже паспорта нет»….
— Успокойтесь! – тихо сказ ал он женщине, з акрывая дверь, — садитесь и рассказ ывайте, что вас беспокоит.
Он сел з а стол и внимательно посмотрел на пациентку. Кто она? Цыганка что ли? Что з а дурацкий платок на пол-лица? И одежда…
Как будто из бабушкина сундука…
Женщина на секунду з амерла, а потом села на стул и рез ким движением сорвала платок с головы. Виктор оторопел от увиденного, а потом как вскрикнет:
— Маша?..
Да, это была его жена. з а это время она почти не из менилась. Только похудела немного и в голубых глаз ах з атаилась печаль и тревога…
— Я, Витя, — тихо проговорила она, — а я боялась, что не уз наешь… Или сделаешь вид, что не з наешь.
— Да как же так! Я ведь всё это время думал про тебя! Маша!
Он кинулся к ней обнял, но Маша отстранилась.
— Я з наю про вас с Ольгой! – она посмотрела ему в глаз а и з амерла почему-то.
— Маша, но это случилось уже после того, как ты пропала! И сейчас мы уже расстались! – вскричал Виктор, а потом осекся, и уже более спокойно проговорил, — ты меня обвиняешь в из мене. А сама? Ты где была все эти годы? Ты бросила дочь, исчез ла, а сейчас мне что-то предъявляешь?
— Я не бросала дочь, и тебя не бросала, — все так же тихо проговорила Маша, — Это Ольга всё… Она меня убить хотела, но просчиталась.
— Ольга?
— Да, она. Я ведь не первый день наблюдаю з а вами. Думала, что ты тоже с ней з аодно. Но теперь понимаю, что ты не причём.
И Маша рассказ ала о той поез дке на баз у отдыха. С вечера все было з амечательно. Они с Ольгой погуляли по сосновому бору, посидели на речке, а потом в номере решили немного вина выпить. И всё…
Больше Маша ничего не помнила. Очнулась она в багажнике машины Ольги. Её куда-то вез ли. Ночь…
Потом багажник открылся. Маша успела з апомнить лицо Ольги – оно было искажено з лобой.
— з амуж з а него вышла? Ребёнка родила? – шипела лучшая подруга, — и что? Всё равно он со мной будет! А ты сдохнешь!
А потом в воз духе мелькнуло что-то – вроде молоток….
Удар…
Очнулась Маша уже днем на дне глубокого оврага. Голова была раз бита, жутко болела. И главное – она ничего не помнила…
Кто она, почему тут находится…
Её обнаружил лесник – старик, который долгие годы жил в лесу отшельником. У Василия много лет наз ад в аварии погибли жена и дочь. Вот с тех пор людей и сторонился – чтобы боль свою так скрыть. Вытащил он Машу из оврага, голову перевяз ал, в сторожку свою отнёс. Хотел было в полицию поз вонить. А потом вдруг почудилось ему, что найденная им девушка похожа на его погибшую дочь Алёну. И не отпустил никуда, и не поз вонил. Сам лечил, выхаживал. И выходил. Раны на голове у молодой женщины з ажили, горячка спала, стала она в себя приходить. Только память к Маше так и не вернулась. Прошлое словно пеленой было з атянуто – понимала только, что другая у нее была жиз нь. А какая? Не з нала…
Она даже имени своего не помнила – лесник её Алёнушкой з вал. Василий честно ей приз нался, что нашёл её на дне оврага с раз битой головой, что дочкой она ему почудилась. Блажь, конечно…
Маша хотела сраз у к людям выйти, но лесник её убедил, что опасно это может быть – а вдруг тот, кто ее убить хотел, з ахочет з авершить начатое. И ладно бы, если она з нала врага в лицо. А так — как быть? Маша подумала и согласилась, что старик прав и осталась в его лесном домике – среди берёз , елей…
Она просыпалась в маленькой комнатке под трели птиц и з асыпала, слушая шум веток. Днём Маша хлопотала по дому – готовила еду, наводила порядок, стирала. А з имой и печку порывалась сама топить, но лесник не давал – не женское это дело.
Василий оказ ался хорошим человеком – он з аботился о Маше как о родной, баловал даже: то з емляники ей в начале сез она принесет – вез де еще з еленая, а он найдет обяз ательно спелую да душистую! То букетик кукушкиных слёз ок подарит – просто так, чтобы улыбалась Маша. А по весне он такой сок берёз овый добывал – вкуснее Маша никогда не пробовала!
Так прошло почти пять лет…
И вот однажды приснился Маше сон: будто качает она ребёнка – девочку…
— Доченька… — прошептала она, — Настенька…
Эти слова она уже наяву произ несла. И Василий услышал – понял старик, что память начала воз вращаться к Маше. И вроде радоваться надо, а ему плакать хочется – неужели его Алёнушка скоро его покинет?
Маша тогда проснулась – а сна не помнит, только ощущение: что-то важное упускает.
И второй раз сон снился, и опять она шептала имя дочки. И вновь з абвение после пробуждения. А проснется – сама не своя. Приз налась Василию, что ее мучает. И не смог старик скрывать – рассказ ал, какое имя она шепчет во сне.
— Настя? – прошептала Маша и глаз а з акрыла, силясь вспомнить хоть что-то…
И вдруг – как оз арение: она вспоминает рождение дочки, мелькает лицо какого-то мужчины, который встречает из роддома с огромной связ кой воз душных шариков…
-тВиктор… — вновь прошептала женщина, — мой муж. А Настя – доченька… а меня… Меня Машей з овут!
И тут воспоминания хлынули потоком – не остановить! Она рассказ ывала и рассказ ывала старику, а Василий слушал, кивал в ответ. Вроде и радостно ему, но почему-то так сердце щемит…
Вспомнила Маша и про подругу свою, которая подколодной з мей оказ алась – вз дрогнула, когда в памяти всплыло искаженное яростью лицо Ольги.
— Вот видишь, а я прав оказ ался, — сказ ал Василий, выслушав Машу,- вот твой враг, который другом каз ался. Неиз вестно, что бы она ещё натворила, вернись ты тогда.
— Но пять лет прошло! – з аплакала Маша, — дочка уже выросла. И Витя… Как они там? А Ольга? Она же не ответила з а всё.
— Теперь ответит! – пообещал лесник.
— Отпустишь меня, дед Василий?
— Да и не держал тебя. Просто оберегал. А теперь вижу – пора. Да, и не Алёнушка ты… У тебя своя судьба, Машенька! Но в город поеду с тобой – чтобы тебя там не обидели!
Собрались они. з а эти годы у Маши одежды своей не было – вещи покойных дочки и жены донашивала. А Василию и в голову не пришло что-то новое купить. Но Маша решила, что это всё потом, в городе! Да и стыдно ей было у старика что-то просить – не богач же он какой. А потому надела старенькую аккуратную одежду – и в путь собралась.
И вот уже несколько дней, как Маша с дедом Василием были в городе, остановились они в дешевенькой гостинице. Маша сраз у хотела к мужу и дочке рвануть, но старик удержал – убедил понаблюдать. И не з ря! Увидела Маша, что Витя работает с Ольгой. И Ольга такая красавица! Не могла Маша понять только вместе они или нет… а потом увидела, как Ольга лез ет к Виктору целоваться… а он вроде бы и отстраняется, и в то же время не гонит её.
Решила ещё понаблюдать, а потом действовать: или в полицию идти, или к мужу вначале. А вчера вечером увидела она Виктора с Настей у садика, даже услышала их раз говор про маму, и так у нее сердце з аболело! Хотело кинуться тут же к ним! Но они прошли мимо, а Маша решила, что не стоит так с наскока – а то ведь Настя испугается. Потом вечером у подъез да бродила…
Но не решилась в квартиру подняться – чтобы дочка не испугалась. Потому и пошла в клинику к мужу, платок натянула, чтобы Ольга ее не приз нала, если увидит. А уз нает и тут же сбежит…
Виктор слушал Машу, з атаив дыхание.
— То есть Ольга хотела тебя убить? – прошептал он.
— Ты мне не веришь?
— Милая, конечно, верю! Ты не представляешь, чего я только не думал з а эти годы… А Ольга… Ты прости. Это как помутнение какое-то! Машенька! Ты моя единственная!
Он обнял её вновь, и Маша теперь не отстранилась, только крепче прижалась к плечу мужа. Да, она ему всё простила. Ведь он столько всего не з нал…
И тут из коридора донеслись воз мущенные голоса, цокот каблучков – это Любаша сбегала к главврачу с ябедой, что доктор бомжиху какую-то з авел в кабинет.
— Виктор Николаевич, это уже переходит все границы! – с такими словами Ольга открыла двери кабинета, увидев бомжиху в объятиях врача. – Вы в своём уме? Мало того, что вы тащите в кабинет всякую шваль, так ещё и поз воляете себе такое! Что з а антисанитария…
И тут Маша повернулась к Ольге, и та осеклась на полуслове.
— Маша? – пробормотала главврач, — ты? Как это?
— А ты думала, что меня волки съели в том овраге? – вскинув голову, ответила Маша, — нет, как видишь! Я живая!
— Не может быть! – Ольга стала бледнее своего белоснежного халата, а потом ее прямо перекосило от ярости, и она буквально прошипела, — почему ты не сдохла? Я же з нала, куда бить! Живучая гадина! Почему, почему всё тебе, деревенской дурочке? У тебя ни кола, ни двора не было! Витя мой! Да, он мой!
— Уже нет! – спокойно ответил Виктор, — и если бы я з нал, что ты сделала с Машей, то придушил бы тебя своими руками!
— Да пошли вы к чёрту!
Ольга рез ко раз вернулась и кинулась к выходу из клиники. Но тут Виктор бросился з а ней, схватил и з атолкал в свой кабинет, несмотря на воз мущенные крики коллег. А потом выз вал полицию…
Полиция приехала быстро. Выслушав Марию, допросив Ольгу, они увез ли последнюю в отделение для раз бирательства…
А Маша с Виктором так и сидели в кабинете, крепко вз явшись з а руки – теперь они точно не расстанутся! Никогда!
— Как же Настя меня примет? – с болью прошептала Маша, — она же меня совсем не помнит…
— А что гадать? Поехали в садик!
— Я так хочу её обнять, но боюсь…
— Чего?
— Что я не понравлюсь! Она испугается…
— Ты же её мама! Как ты можешь ей не понравиться! И чего она вдруг испугается? Она бойкая девчонка!
В детский сад Виктор пошёл один, оставив Машу в машине – нужно было ведь подготовить девочку. Настя выбежала навстречу ему из группы, кинулась на шею.
— А я сегодня сказ ала Димке, что ты ему уши оторвёшь, если он будет ещё обз ываться! – прошептала Настя.
— Он опять обз ывался?!!
— Нет, но я так, на всякий случай…
Виктор з асмеялся и з вонко поцеловал дочку, помог одеться.
— Ты моё солнце! Пусть Димка теперь хоть сколько обз ывается!
— Почему?
— А потому что наша мама нашлась!
Услышав это, Настя кинулась к двери – Виктор только поспевал…
— Где? – крикнула Настя, остановившись у калитки.
И тут девочка увидела молодую женщину, бегущую к ней…
— Мама? – голос у девочки дрогнул, и она неуверенно шагнула вперед.
— Я! Девочка моя! Доченька! Я твоя мама! – Маша подхватила малышку и прижала к себе.
Виктор обнял двух самых дорогих ему девчонок – бешено сердце стучало, мысли путались, комок подкатывал к горлу…
Но это пустяки! Главное, что они вместе! Началась новая жиз нь…
Виктор ушёл из клиники, потому что работать там не было никакого желания: сейчас там временно вновь руководил отец Ольги, пока та под следствием. И он убеждал з абрать з аявление на Ольгу из полиции. Но Виктор и Маша и слушать его не хотели. Покушение на убийство – серьёз ная статья. И срок давности з а это преступление ещё не вышел. Пусть отвечает!
Виктор работает в районной больнице, Маша еще приходит в себя, но планирует в ближайшее время вернуться в профессию. А пока она все свободное время проводит с дочкой. А на выходные они втроём ез дят к старому леснику в гости – Василий счастлив: у неё теперь есть и дочка, и внучка, и з ять! Можно и ещё пожить!