Лена шла на эту пересдачу словно на Голгофу…
Третий раз сдает экз амен по русской литературе 19 века. И ведь з нает материал, все лекции и практические з анятия посещала у Петра Григорьевича. Все произ ведения, которые он требовал, прочитала. И даже больше… а экз амен сдать не может – единственная из группы! Что з а ерунда?
Особенно обидно, что до этого Лена сдавала все сессии с лёгкостью – и только почти на одни на пятёрки, четвёрки редко проскакивали. А тут такая з асада! Те первые два раз а отвечала весьма уверенно, анализ ировала тексты с легкостью, находила нужные аргументы, а потом раз – словно стена какая-то. Пётр Григорьевич начинал з адавать дополнительные вопросы – уже далеко не по теме…
Девушка и тут что-то отвечала, но уже не столь уверенно. В итоге преподаватель качал головой и отдавал ей пустую з ачётку – на пересдачу…
Вот чего ему надо?
— В постель он тебя з атащить хочет, — была уверена её соседка по комнате в общежитии Настя.
— В постель? – краснела Лена до кончиков пальцев, — но я же повода не давала. И ему же з а сорок…
— А ему и не надо повод! Ты что, не слышала, какой у нас Пётр Григорьевич ловелас? А сорок лет для мужчины – не воз раст!
Конечно, Лена слышала от других студентов истории про преподавателя. Говорили, что он регулярно з аводит романы со студентками, несколько из них даже аборты от него делали. А одна родила, так и не доучилась. Слышала Лена и про то, что официально Пётр Григорьевич женат. Да только жена его с ребёнком уехала в другой город к родителям – якобы не выдержала его многочисленных романов. Как преподаватель, он интересно вел лекции – легко и просто рассказ ывал о сложных моментах, в литературных произ ведениях. Всегда с улыбкой, приятный такой…
Многие девчонки, не смотря на сплетни о нём, просто млели на его лекциях. Только не Лена! Она училась! Для неё это было главное! И тут такое случилось! Неужели, правда, глаз на неё положил?
Лена была простой девчонкой – приехала в город из небольшого посёлка, где жила до этого с мамой. Мама одна её вырастила, всю жиз нь в сельсовете секретарем проработала. Лену воспитывала правильно. Говорила, что не надо торопиться вз рослеть.
— А если я одна, как ты, буду? – иногда с тревогой спрашивала повз рослевшая Лена.
— Не будешь! – улыбалась мама, — ты главное не торопись! И тогда встретишь свою настоящую любовь!
И Лена верила маме. А потому, когда уже жила в городе, на парней не кидалась, как подруги, которые, почувствовав волю, слишком быстро торопились во вз рослую жиз нь. Лена ждала своего единственного и неповторимого! А тут этот Пётр Григорьевич! Неужели Настя права?
Ту третью пересдачу Пётр Григорьевич наз начил в шесть часов вечера. В университете уже было пусто – только охранник скучал на входе.
— Все домой, а вы сюда? – удивился он, увидев девушку в дверях.
— Я на пересдачу, — потирая з амерз шие с мороз а щёки, ответила Лена. – к Петру Григорьевичу.
— А, ясно. Он на кафедре, вроде бы, — кивнул охранник, — ну, удачи!
— Спасибо! – через силу улыбнулась девушка.
Она повесила в гардеробе свой скромный пуховичок, сама вз яла номерок – гардеробщицы уже не было, поэтому самообслуживание, и, вз дохнув, пошла на второй этаж. Тревожно ей было – как всё пройдёт…
Хотя, чёрт воз ьми, все билеты на з убок з нает!
Петра Григорьевича она действительно нашла на кафедре. Преподаватель расслабленно сидел в кресле, пил чай. Увидев Лену, он оживился, хищно, как показ алось девушке, улыбнулся.
— А двоечница пришла? – усмехнулся он, — ну, пойдём в аудиторию.
Лена ничего ему не ответила, только кивнула в ответ – двоечница, так двоечница…
В аудитории Пётр Григорьевич раз ложил билеты, Лена вытянула первый попавшийся…
И это была удача! Уж по этой теме она з нает всё, и даже больше! Через двадцать минут села отвечать. Девушка бойко отвечала на вопросы билета, приводила удачные примеры. Преподаватель кивал в ответ, слегка поз евывая – скучал явно. А потом случилось такое…
— Я вижу вас бесполез но о чём-то спрашивать, — сказ ал Петр Григорьевич и в упор посмотрел на девушку, — ничего конкретного по теме вы не з наете.
Он раскрыл з ачетку Лены и поставил жирный «неуд».
— Как? Почему? – растерялась Лена и чуть не з аплакала, — я же все ответила! И з ачем в з ачетку двойку?
— Вы, Елена, полный профан в литературе, — усмехнувшись, ответил преподаватель. – и куда ставить оценки, мне лучше з нать.
— Но вы не правы! – от волнения у Лены з атряслись губы, она подскочила с места, — так нельз я…
— А как можно? – Пётр Григорьевич слегка прищурился и окинул фигурку девушки цепким вз глядом, — Елена, вы вз рослая девушка, а простых вещей не понимаете. Мы можем с вами договориться! А если нет, то придётся нам попрощаться!
— Вы о чём говорите? – краснея, спросила Лена, вспоминая слова подруги.
— Будешь послушной девочкой, и всё наладится! Тем более, что я у вас преподаю и дальше…
— Не понимаю.
— О, господи! Ты, правда, глупая или прикидываешься? – преподаватель з асмеялся, а потом встал и подошёл к девушке.
Он подошёл вплотную и крепко вз ял её з а плечо. А потом наклонился и жарко з ашептал:
— Ты с ума меня сводишь. Я думаю только о тебе… Глупенькая, всё будет хорошо! Я прямо сейчас всё исправлю. Чуть поз же…
Его толстые губы жадно ухватили ухо Лены, она почувствовала его влажный яз ык…
От омерз ения девушка вз дрогнула, что есть силы оттолкнула преподавателя и кинулась прочь из аудитории.
— Дура! – неслось ей вслед! – лучше сама з абирай свои документы из деканата! Ты тут больше не учишься!
Лена бежала по лестнице, слёз ы лились из глаз . Она едва не упала…
Потом остановилась, села на ступеньке…
Рыдания сотрясали её худенькое тельце – з а что это ей все? Почему этот стареющий ловелас выбрал её? Ведь на курсе много девчонок, которые сами готовы прыгнуть к нему в койку! А она скромно одевается, косметики на лице всегда минимум, ведет себя сдержанно. Никогда она повода не давала, так с собой обращаться! И что теперь делать? Домой, к маме? Видимо, так…
Ведь и на пересдаче с комиссией ничего не из менится, ведь Пётр Григорьевич ей прямо об этом сказ ал. А может быть, перешагнуть через себя и вернуться в аудиторию? Лена содрогнулась от отвращения, вспомнив прикосновение преподавателя. Да она лучше умрёт! Есть еще вариант: пожаловаться декану, а лучше ректору…
Но эта идея провальная: буквально вчера Лена видела, как Пётр Григорьевич шёл по коридору с ректором университета, они что-то живо обсуждали, и у них явно приятельские отношения. Вот кому поверит ректор? Преподавателю и хорошему приятелю или студентке-двоечнице?..
Лена вытерла слёз ы, вз дохнула, обвела вз глядом вестибюль…
Да, придётся уходить отсюда. По-другому Лена не может поступить…
Девушка накинула пуховик в гардеробе и пошла к выходу. На вахте было пусто – охранник куда-то отлучился. Вот и хорошо! Не хватало ещё его расспросов. А то она опять расплачется.
Лена вышла на крыльцо университета и поежилась – как же холодно на улице! В этом году крещенские мороз ы з апоз дали почти на месяц: сейчас уже февраль, и температура на градуснике з а сутки рез ко ушла к отметке минус сорок…
И сколько они продержатся? Главное, чтобы в такие мороз ы автобусы выпустили на трассу. Лена уже прикидывала, на какое число ей вз ять билет до дома. Неожиданно Лена услышала то ли вз дох, то ли стон — повернула голову…
У стены университета сидел старик – бомж…
Девушка видела его раньше, он частенько приходил к мусорным бакам у общежития. Не раз она выносила ему хлеба и какой-то нехитрой еды. Так поступали многие студенты – жалели старика. Он брал продукты, вроде как даже стесняясь. Было понятно, что тот образ жиз ни, который он сейчас ведет, ему явно не приемлем. Но что поделать! А студенты в общежитии? Да они сами частенько голодные, без денег, хорошо, хоть крыша над головой есть. Говорили, что старик живёт в каком-то подвале жилого дома, неподалеку от университета. И вот сейчас, в сорокаградусный мороз Лена увидела его на улице.
— Вы почему з десь? – ахнула девушка, подойдя к бомжу, — холодно же, з амёрз нете!
— А мне некуда идти, — с трудом проговорил старик, — выгнали меня из подвала. Жильцы сказ али, что от меня тараканы и туберкулез . з акрыли подвал на з амок и всё. А другого места не могу найти – вез де з аперто. Надо до теплотрассы дойти. А я не могу – ноги словно каменные. з амёрз …
— Так, давайте в университет! Быстро! – скомандовала Лена и протянула руку старику.
В этот момент она не думала про то, что от старика плохо пахнет, он гряз ен. И что туберкулез у него действительно может быть. Перед ней был просто человек, которому нужна была срочная помощь.
Старик тоже всё это понимал, а потому вначале с недоумением посмотрел на эту худенькую девчушку с огромными темными глаз ами, помедлил немного…
Но холод пробирал насквоз ь… а рядом тепло…
Он ухватился з а ладонь Лены, с трудом встал. Девушка, подхватив его под руку, повела к двери университета. Вестибюль пахнул теплом…
Старик даже вз дрогнул от неожиданности и з амер на месте.
— А можно тут находиться? – прошептал он, — нет, я лучше пойду…
— Да куда вы пойдёте? – рассердилась Лена, — вон стульчик у входа, рядом с вахтой. Садитесь!
Бомж послушно поплёлся к стулу, Лена всё ещё его придерживала – видно было, что бедный старик очень ослаб. И если бы сейчас не з ашёл в тепло, то мороз вскоре бы сделал своё дело.
— Вам бы сейчас чаю горячего, — пробормотала Лена, — только где его вз ять? Буфет уже з акрыт… Вы подождите, я хоть горячей воды вам принесу.
Нащупав однораз овый стаканчик в сумке, девушка рванула к раковине в уборной. А через пару минут, когда она вновь спустилась к выходу, перед ее глаз ами раз вернулась некрасивая картина. Охранник гряз но ругался и толкал ногой бомжа. Тот сидел, вжавшись в стул, и не двигался. Старик был напуган, подавлен. И, почувствовав тепло, он совсем не хотел на улицу. Да и не мог – его тело вдруг обмякло, ноги и руки тряслись от слабости.
— Чёртов бомж! – кричал охранник, — Ты з ачем сюда припёрся? Пошёл вон! з десь приличное з аведение, нормальные люди работают и учатся! А ты, з араз а ходячая! Вонючка! Сейчас полицию выз ову!
Было понятно, что старик согласен выслушивать все оскорбления, пинки. И на полицию он был согласен. Лишь бы не гнали на холод. Но охранник был решителен – полицию он, конечно, выз овет, только выгонит это отребье…
Лена как коршун кинулась к охраннику, встала между ним и бомжом. И тут в вестибюле показ ался Петр Григорьевич. Он быстро сообраз ил, что происходит и решил поучаствовать.
— Что, Миша, проблемы? – спросил он охранника.
— Да вот, Пётр Григорьевич, бомж з аявился. Вы представляете! И его студентка эта привела. Я видел, как она его на стул усаживала.
— А чего пустил-то? – хмыкнул преподаватель.
— Да я на пять минут отлучился по нужде. Иду и вижу – эта его на стул посадила и побежала куда-то. Ну, я сюда. А этот ни в какую не уходит!
— А дубинка тебе на что?
Охранник послушно потянулся к дубинке…
Пётр Григорьевич схватил Лену з а плечи и толкнул в сторону, но она устояла. Каз алось, эта хрупкая девушка вдруг стала как скала…
— Что вы делаете? – з акричала она, — вы же видите, что человеку плохо! Скорую надо выз вать!
— Скорую? – з асмеялся преподаватель, – а МЧС ему не надо? Отойди и не мешай!
Он попытался оттолкнуть Лену в сторону, а она…
Она ничего лучшего не придумала, как плеснула стаканчик с водой ему в лицо. На секунду все з амерли от произ ошедшего.
— Ах ты, тварь малолетняя! – прошипел, утираясь, преподаватель, — да я тебя…
И тут охранник, понимая, что может случиться больший скандал, схватил преподавателя з а руку. А старик, сидя на стуле, тяжело дышал – ему было очень плохо. Лена кинулась к нему.
— Что? Сердце? – з аволновалась она, — сейчас, я скорую выз ову.
Она полез ла в карман з а телефоном. Но вот беда – аппарат был раз ряжен. И неиз вестно, что бы произ ошло дальше, как вдруг на входе появился декан факультета, где училась Лена.
— Что тут происходит? – Юрий Иванович удивлённо приподнял брови, рассматривая всю троицу.
— Да пустяки, — любез но ответил охранник, — бомжа выгоняем.
— Бомжа? – декан внимательно посмотрел на старика, который так же дышал с трудом.
Рядом суетилась Лена – она расстегнула потрепанную куртку, освободила шею старику от какого-то тряпья, попыталась напоить его остатками воды из стаканчика…
Девушка в отчаянии посмотрела на декана.
— Юрий Иванович, выз овите срочно скорую, — вз молилась она, — человеку плохо. А эти… Они его на мороз выталкивают. Он же умрёт!
Декан молча кивнул и достал свой телефон, поз вонил…
А пока ехала скорая, он дал старику таблетку валидола, достал из портфеля маленький термос и напоил того тёплым травяным чаем, который з аботливо ещё с утра з аварила дома супруга.
Вообще случайность, что Юрий Иванович вернулся вечером в университет – з абыл в кабинете отчет, который з автра нужно было сдавать ректору, вот и пришлось ехать наз ад. А тут такое!
Пока декан с Леной воз ились со стариком, охранник, переключившись, начал им помогать – то и дело выглядывал в окно, высматривая скорую, принес более удобный стул и пересадил на него бомжа. А Пётр Григорьевич…
Он просто ушёл, пожав плечами — не его это было дело! И вообще Петра Григорьевича удивило поведение декана – если каждого бомжа привечать, что это уже будет? Не университет, а дом приз рения какой-то!
Врач со скорой, покрутив носом, всё же з абрал старика – слава богу, у того оказ ался в кармане куртки паспорт. з вали бомжа Антон Павлович.
— Почти как Чехова, — грустно улыбнулся декан.
— Сердечный приступ у него, — объяснил доктор Юрию Ивановичу и Лене, — в пятую повез ём, там таких принимают.
— Точно довез ете? – с сомнением спросила Лена.
— Девушка, — усмехнулся врач, — конечно, пациент, мягко говоря, не дворянских корней, но мы привычные, что делать. По дороге не бросим, это точно. Выживет старик! Состояние не критичное. Это хорошо, что в тепле был, иначе всё з акончилось бы печальнее.
— Спасибо вам огромное! – поблагодарил декан доктора.
А когда Антона Павловича увез ли, Лена с деканом вышли на улицу. Охранник з аискивающе попрощался – он понимал, с кем ему надо дружить…
Но до него ни Юрию Ивановичу, ни Лене уже не было дела.
— з автра с утра съез жу в больницу, уз наю, как у него дела, — сказ ала Лена, когда они спускались по ступенькам.
— С утра? – удивился декан, — а как же лекции?
— Мне теперь не до лекций. Наверное, з акончилась моя учёба, — с грустью ответила девушка.
— Так, а тут поподробнее! – Юрий Иванович остановился и пытливо посмотрел на Лену, — двоечница что ли?
— Да не двоечница я! – Лена вытерла набежавшую слез у и опустила глаз а, — но Пётр Григорьевич мне не поставит положительную оценку, теперь уже точно…
И тут, всхлипнув, её как прорвало: она рассказ ала декану об экз амене, о том, как она готовилась, о бомже, о том, как плеснула водой в преподавателя. Только про приставания Петра Григорьевича не стала говорить – стыдно было.
— Так, — выслушав, вз дохнул декан, — з начит, предмет з наете, а в з ачётке двойка? Хм… Интересно. А какой был вопрос сегодня?
— Тема человеколюбия в творчестве русских писателей 19 века.
— И что?
— Я всё ответила, но…
Она з амолчала, вспомнив, как Петр Григорьевич прижимал ее к себе там в аудитории. И, несмотря на жуткий холод, ей стало жарко – от стыда…
— Тест на человеколюбие вы сдали сегодня больше, чем на отлично! – усмехнулся декан, — вы не переживайте! И на лекции з автра приходите!
— Но…
— А с Петром Григорьевичем я сам поговорю! А вечером на моей машине давайте вместе съез дим к нашему Антону Павловичу? Мы теперь с вами вроде как шефство над ним вз яли?
— Хорошо, — слабо улыбнулась Лена, — спасибо!
Юрий Иванович по дороге осмысливал ситуацию в университете, дома посмотрел электронную ведомость, побольше уз нал о Лене, пообщался с коллегами из другого института, где раньше работал Петр. И дал волю своим эмоциям.
— Нет, ты посмотри, какой гадёныш! – ругался он, рассказ ывая жене, — до меня давно доходили слухи, что Пётр этот к студенткам пристает. Выбирает простушек и через постель оценки ставит. Я не верил! Но сегодня пообщался с одной девочкой. А она совсем девочка! Ничего мне, конечно, не сказ ала такого. Но я же не дурак! Видел, как покраснела вся, з аволновалась. Уволю з автра же этого подонка!
— Юра, не горячись, — остановила его супруга, — ты же з наешь, что у него хорошие отношения с ректором. Тебе это надо?
— А у меня хорошие отношения в Министерстве образ ования! Вот и посмотрим, кто кого! Я тридцать лет работаю в институте, и чтобы такое!.. Не место этому Петру у меня, не место!
И в тот же вечер он поз вонил своему хорошему товарищу из Министерства и з аручился поддержкой. А наутро Петра Григорьевича выз вали к ректору.
Пётр Григорьевич был уверен, что давний товарищ решил его повысить в должности, а оказ алось, что тот предложил тихо и спокойно написать з аявление, по собственному желанию.
— з а что? – недоумевал Петр Григорьевич.
— Петя, прости, но поз вонили сверху, — опустив глаз а, ответил ректор.
Пётр Григорьевич сообраз ил, что в этом з амешан декан и рванул к нему. Юрий Иванович его ждал…
— Это вы мне з а бомжа, что ли, так мстите? – с порога спросил Петр Григорьевич.
— И з а него тоже, — слегка улыбнувшись, ответил декан, — экз амен на человеколюбие вы провалили.
— То есть, не понял… Вы, о чём?
— Жаль, что вы не понимаете. Преподавая студентам, рассказ ывая им о чести, порядочности и тому подобное важно самому оставаться человеком! И… напоследок хотите совет? Нет? Я всё же скажу! Уймитесь наконец, не лез ьте к молодым девушкам. У вас есть семья? Вот к ней и поез жайте!
Пётр Григорьевич вышел из кабинета, хлопнув дверью, ничего не сказ ав в ответ. Он был уверен, что его просто кто-то подсидел. Не верилось, что из -з а бомжа и каких-то студенток может быть такое. В тот же день он уволился и уехал куда-то. Куда? Никто не з нает.
А Лена вечером того же дня вместе, с Юрием Ивановичем поехали к Антону Павловичу в больницу. Старик уже себя довольно сносно чувствовал, он уз нал своих спасителей и очень благодарил – есть ещё люди на белом свете…
Лена поинтересовалась, как так случилось, что он оказ ался на улице.
История оказ алась банальной. Ещё по молодости Антон Павлович женился на женщине с ребенком, воспитывал мальчика как сына. Но время показ ало, что тот вырос не благодарным. А когда умерла жена, то молодой мужчина просто-напросто выставил старика на улицу, как собаку выкинул. Антон Павлович долго оббивал пороги всяких инстанций в поисках правды и хоть какого-нибудь жилья. Но ничего не добился. Потом руки опустил. Вот так и стал скитаться – второй год уже.
— Как же быть дальше? – недоумевала Лена.
Ей было так жалко Антона Павловича. Но чем она поможет?
А помог тот же Юрий Иванович – по своим каналам он нашёл место, в одном из домов милосердия для старика, там тот и живет до сих пор. Лена регулярно к нему ез дит. Они общаются и даже дружат – хороший дедушка, Антон Павлович! А экз амен?
Лена сдала его с комиссией – на отлично сдала! Сейчас она уже з акончила университет, работает в школе. И главное, о чём она говорит своим ученикам – это то, что человек всегда должен оставаться человеком!