На лабиринт походных карт,
Сжимая кулаки,
Взирал угрюмо Бонапарт,
Ходили желваки.
И как бы ни был утомлён,
И сколь ни пил вина,
Он вспоминал, как страшный сон,
Кошмар Бородина:
Отборных войск могучий вал,
Как многорукий спрут,
До поздней ночи штурмовал
Всего один редут!
И что услышал он взамен
Блистательных побед,
Спросив, а сколько взято в плен?
Мон сир, а пленных нет.
Покуда чувствует нога
Земли родную твердь,
Солдаты милости врага
Предпочитают смерть!
Их генерал Багратион
Стоял подобно льву!
И не один наш батальон
Остался там, во рву.
Сияло солнце высоко,
Сменив ночную тьму.
Уже тогда бы глубоко
Задуматься ему!
Вот роковая та черта!
За ней — лишь мрак да тишь!
Не лучше ль бросить всё к чертям!
И ну — домой, в Париж!
Но верой, что победы ждут,
Как брагой опьянён,
Урокам битвы за редут
Не внял Наполеон.
И чёрный ангел пролетел,
Зашторив неба синь…
Лишь ночь да груды мёртвых тел.
Всё кончено. Аминь.
В Европе путь всегда один
В любые времена —
Взял, скажем, Вену иль Берлин —
И кончена война!
Народ, понятно, в стороне.
За всех решает знать.
А в этой варварской стране
Как можно воевать?!
Ну, где ещё встречали вы,
Чтоб, яростью ведом,
Обычный мещанин Москвы
Сам подпалил свой дом!
Сайт «Российский писатель», 10 октября 2012 г.
Бонапарт был великим… для Франции.
Всю Европу себе подчинил.
Но в России «достоинство нации»
Неожиданно в грязь уронил.
Вы улыбочку спрячьте прохладную!
Не дано вам свой нерв оголить,
Чтоб столицу свою ненаглядную
Ради правого дела спалить!
Портал «Стихи.ру», 23 февраля 2023 г.
Перефразируя британского литературного критика Сэмюэла Джонсона, про таких как Фролов можно сказать: «Патриотизм — последнее прибежище графомана». Но даже духоскрепному автору, едва ли не ежедневно кропающему идейно выдержанные стишата, не стоит врать столь уж откровенно. Одно дело писать, что русские единственный народ в мире, которых Бог наделил совестью — право на метафоры и гиперболы в поэзии никто не отменял. И совсем другое — исторические факты. В ходе войн с Австрией Наполеон дважды брал Вену: 13 ноября 1805 года и 13 мая 1809 года. Однако мирные договоры были подписаны лишь 26 декабря 1805 года (после разгрома русско-австрийской армии при Аустерлице) и 14 октября 1809 года (после поражения австрийцев при Ваграме). То же самое и в войне с Пруссией. Французы вошли в Берлин 27 октября 1806 года, а мир заключили 8 июля 1807 года.
В ходе Семилетней войны Берлин брали дважды: 16 октября 1757 года в него вошёл австрийский отряд Андраша Хадика, а 9 октября 1760 года русский корпус Захара Чернышёва и австрийцы Франца Ласси. Оба раза столицу Пруссии оставляли в связи с угрозой со стороны её армии, а мир заключили лишь 15 февраля 1763 года. Можно найти множество других подобных эпизодов в истории разных стран той эпохи, но как раз Москва к ним не относится. Хотя она имела статус столичного города и являлась местом коронации российских монархов, официальной столицей России являлся Санкт-Петербург.
Ну и про Бородинское сражение Фролов всё перепутал. В ходе него армия Наполеона захватила не один, а четыре редута — три Багратионовы флеши и батарею Раевского и ещё деревни Бородино, Семёновское и Утица. Пленных вражеская армия взяла около тысячи и потеряла примерно столько же.