Несмотря на быстрое усовершенствование техники, советские отцы-командиры в 1960-1970-х годах по-прежнему готовились к чему-то вроде Второй мировой. Предполагалось, что рядовых бойцов в таких условиях доставят до ТВД на «железке». К передовой из привезут на военных (как вариант – на гражданских) грузовиках. Затем они либо пойдут на БМП и БТР в атаку, либо будут сидеть в окопах, чтобы дать отпор атакам врага.
Под такую стратегическую доктрину разрабатывались тактические руководства, под нее, по большому счету, были заточены основные характеристики ручного оружия, артиллерии, сложной военной техники и даже личного снаряжения советских солдат. В том числе, обуви, одежды и остального.
Но военные действия в Афганистане теоретическим выкладкам не соответствовали. Транспорт попросту глох на определенной высоте, авиация испытывала сложности из-за необходимости летать в разреженном воздухе, а бойцам пришлось исключительно много ходить – и не по плацу, а по пересеченной местности. Поклажу, весом в несколько десятков килограмм, носить на себе. В Афганистане есть лес, степь, горы, пустыни, а если пришлось воевать на высоте, ты можешь увидеть все времена года в течение одного дня.
Ранее считалось, что возможностей отечественного производителя вполне достаточно для качественного снабжения вооруженных сил. Но партийное руководство всегда делало ставку на промышленность группы А – по этой причине со всем остальным были проблемы. «На земле» они выражались в том, что далеко не в первый год Афганской войны бойцы стали получать приличную и подходящую для местных условий обувь вместо принятых в советской армии кирзачей.
Первое время только в сапогах ходили и рядовые, и офицеры. Но когда накопилась статистика, что это не очень-то хорошо, а личный состав взвыл, командование стало медленно реагировать. В тех или иных странах закупили высокие армейские ботинки – чаще всего, это были социалистические государства, вроде Чехословакии.
В зависимости от производителя, качество было очень разное: подошва могла быть слишком жесткой или слишком твердой, обувь могла не пережить одного хорошего похода. Да и советские снабженцы привыкли воровать практически все. А потому была очень нередкой ситуация, когда до солдат ботинки доходили уже без шнурков.
Неудивительно, что многие стали решать эту проблему самостоятельно. Чаще всего обувь покупали на афганских рынках. Особо терпеливые просили отправить посылку своих близких из СССР. Наконец, у спецназа и разведки была возможность снять ее в качестве трофея непосредственно с тел духов. Но из-за специфики ситуации это было не так уж сильно распространено.
В связи с тем, что на правовом уровне этот вопрос не был до конца проработан, командование на местах к неуставной форме относилось по-разному. В ВДВ и элитных частях все были настроены на результат, и на подобные мелочи внимания не обращали. К тому же, десант из-за проблем, которые при прыжках неминуемо обеспечивали сапоги, первым выбил себе право носить берцы – хотя их тогда этим словом не называли. Но кое-где за появление в неположенной обуви могли быть проблемы. Знающие о ситуации ветераны-афганцы в этом смысле тепло вспоминают Руслана Аушева. Тот и сам ходил в кроссовках, и своим подчиненным этого не запрещал.
И все равно, заполучить проблемы с ногами буквально за один день было легче легкого. Поэтому в скором времени было предписано после каждого перехода мыть конечности холодной водой, а на утреннем построении командиры целенаправленно проверяли у солдат ноги, и при необходимости сразу отправляли в санчасть.