Не передать словами, как я люблю тратить на детей деньги.
Прямо слезами от счастья заливаюсь, когда кошелёк на кассе достаю. Какое-то, знаете, даже удовлетворение испытываю. Вот, мол, не на себя потратила, а на ребятишек! А как иначе? Дети - это же счастье и наше будущее. А в будущее вкладываться надо, если кто не знал.
Простите, есть у кого носовой платочек запасной? А то мой что-то промок. От слёз радости.
Мои дети: Стас, 16 лет, Паша, 6 лет, Вадим, 4 года.
Поехали мы на прошедших выходных в магазин, чтобы купить Паше новую обувь для детского сада.
Новая обувь Паши для детского сада стоит примерно как сто - сто двадцать литров девяносто пятого бензина для Шнивы. Потому что ортопедическая.
Приезжаем мы в магазин. Я - в слезах от счастья, потому что давно мне деньги карман жгли и мешались. Паша - с видом самого несчастного человека на планете Земля. За нами, веселясь и балагуря, идут Вадим с отцом.
Зачем эти два беззаботных человека попёрлись с нами - не спрашивайте. Мне кажется, чтобы нас с Пашей своим радостным видом бесить.
В общем, сидим мы с Пашей. Он на скамеечке, я - на корточках перед ним. Консультант приносит сандалии, надевает Паше на ногу и начинает застёгивать.
-Аааа, - слабым дрожащим голосом стонет Паша.
-Что такое? - пугается консультант и поворачивается ко мне. - Смотрите, я даже не перетянула, вон, палец просунуть можно.
-Паш, чего ты стонешь? - спрашиваю я.
-Просто, - вздыхает тот. - Захотелось.
Выбрали мы сандалии. Уже собираемся идти к кассе, как консультант спрашивает:
-А у вас дома есть коврик массажный? Вот такой, - и как бы между делом показывает на витрину с ковриками. - Вам ведь обязательно надо.
-Есть, - отвечаю я.
-А мячик катает он ногами? - и из-за спины мячик пупырчатый достаёт. - А то у нас в продаже есть.
Ага, думаю я про себя, спасибо. Знаем мы, сколько у вас тут мячики с ковриками стоят. Я таких недавно ведро купила на двести рублей.
-Катает он мячик, - говорю вслух.
И тут консультант поворачивается к Паше, показывает мяч и спрашивает:
-Катаешь дома такой мячик?
-Нет! - на серьёзных щщах отвечает Паша. - У нас ведь такого нет!
-Ахаха! - захохотали с другого конца магазина Вадим с отцом.
Расплачивалась на кассе я с невозмутимым лицом под осуждающий взгляд консультантов. Да, моя репутация валялась примерно под плинтусом. Но мяч я всё-равно не купила.
-Паш, - спросила я сына, когда мы вышли, - а ты почему сказал, что у нас нет такого мячика?
-Так у нас и нет, - пожал плечами он. - Мне же зелёный показали, а у нас дома красный. И немного поменьше.
-Пх-хх-пхх, - пропыхтел сзади муж, пытаясь сдержать смех, но я зыркнула на него, и он замолчал.
-А мы поедем куда-нибудь поесть? - спросил Вадим.
Я зыркнула и на него. Вадя надулся и к машине шёл молча.
Приезжаем домой. Муж меня пытается развеселить. Типа, подумаешь, кучу денег потратили. Зато так смешно ты выглядела, когда Паша про мяч пошутил. Так смешно!
-А помнишь, - вдруг спрашивает муж, - как вот мы раньше Стасу обувь покупали?
-Ага, - отвечаю. - Зашли в обувной, я себе кроссовки взяла, ты себе ботинки купил. А на сдачу Стасу мешок сандалий набрали.
-Хорошие времена были. Золотые. И ребёнок золотой, - добавляет муж.
-И сейчас золотой, - подтверждаю я. - Ничего ведь не просит!
Муж кивает. И тут открывается дверь. Из комнаты выходит Стас, наш золотой ребёнок.
-Мам, пап, - говорит он, - я вот что подумал. Не купите ли вы мне гитару? Решил научиться играть.
Я посмотрела на мужа. Балагурить ему больше не хотелось. Он молчал, но я и так поняла, о чём он думал.
Пора опять доставать кошелёк. Кажется, золотых детей в этом доме больше не осталось.