Гражданская война в США продолжалась с 1861 по 1865 годы. Нужно отметить, что силы сторон заранее были неравны.
Единственное преимущество южан, пожалуй, заключалось в том, что они, в целом, имели большое боевого опыта (хотя и локального, в стычках с индейцами и мексиканцами), чем Север.
Немалая часть офицерства тоже была южного происхождения, так что с командными кадрами проблем не было.
Но во всем остальном южане проигрывали заранее. А, как знают мои постоянные читатели, я сторонник того, что война уже во второй половине XIX века начала превращаться не столько в бои на полях сражений, сколько в «войну экономик». Апогеем этого развития стали Мировые войны.
Кто сумел выставить больше людей и снабдить их всем необходимым — тот, в конечном счете, выиграет. Победы в отдельных операциях отошли на второй план.
Конфедераты в этом отношении оказались в отчаянном положении. Типичный боец «дикси» — оборванный, босой, голодный. КША имели экономику, ориентированную на производство хлопка. Население уступало Северу в численности почти в три раза (если мы берем белое население). Из двадцати пяти крупнейших городов только два находились под контролем Юга. Кроме того, Север подверг КША морской блокаде.
Тем не менее, армия воевала, причем до 1863 года реально современникам было не очень ясно, кто победит. Битва при Геттисберге — поворотный момент, но до того конфедераты сумели одержать немало убедительных побед.
При этом, основную тяжесть боев на своих плечах выносил «южный фермер», чаще всего не имевший никаких рабов. Да, южные элиты подтверждали постоянно, что рабство — это своего рода «краеугольный камень южных традиций», идеализируя его и противопоставляя северному «дикому капитализму».
В 1861 году о рабстве как «необходимости Юга» громогласно заявил первый и единственный вице-президент КША Александр Гамильтон Стивенс («Cornerstone Speech»). По его словам выходило, что одна раса обязана обслуживать другую ввиду «божьего промысла или природного происхождения». Это было, отрицать такую «рабовладельческую составляющую» во взглядах южан невозможно.
Но утверждение, согласно которому большая часть населения КША сражалась за интересы рабовладельческого меньшинства тоже как минимум спорно, а по мне — ещё и алогично. Четыре года, в упомянутом выше состоянии воевать... за одних только плантаторов? Конечно же нет.
Конфликт «Север-Юг» имел на самом деле куда более сложную специфику. Говорить об одном рабстве как о мотивации — это значит предельно упрощать ситуацию. Вообще, конфедераты на самом деле умели в агитацию (и вновь я не могу не проводить аналогию с белым движением, которое в этом аспекте оказалось, в целом, бессильным).
«Никто не может отрицать, — утверждалось в «Де боус ревью», — что закон самосохранения является первым естественным законом. Мы имеем право защищаться, мы должны потребовать власти… Если мы не будем бороться, Юг погибнет. Тогда южное рыцарство будет лишь плодом необузданного воображения, мужество южан лишь грезой, а справедливость и правота нашего дела — нашим проклятьем и позором...» (с) Т. В. Алентьева. Роль общественного мнения в канун Гражданской войны в США.
Акцент делался на упомянутом противопоставлении «Север-Юг», которое было многогранным и включало в себя не только рабство. Говорилось о «рыцарстве» южан, их склонности к патриархальному образу жизни. Тогда как Север представлялся фактически «другим миром» дельцов и спекулянтов. Утверждалось, что к бывшим рабам на Севере относятся не сильно лучше (что, кстати, можно считать вполне справедливым тезисом).
Но самое любопытное, что северяне выступали как «враги свободы», которые лишают южные штаты права самим выбрать свою судьбу. Здесь же появлялось, опять же, вполне достоверное утверждение: Юг пополняет большую часть бюджета США. «Федералы» наживаются на своем посредничестве и высоких пошлинах.
А право южан на рабов является всего лишь частью общего «права собственности» на что-либо. То есть, сегодня Север отберет у Юга рабов. А завтра у «мятежников» отберут земли и права.
«Собственность на рабов является основой всякой собственности на Юге. Когда ее надежность поколеблена, все другие виды собственности тоже нестабильны, это повлияет на банки, фондовые биржи, облигации. Воцарятся смятение, недоверие и угнетение… Погубить Юг, освободив его рабов, не то же самое, что погубить какой-либо другой народ… Это будет потерей свободы, собственности, дома, родины — всего, что придает ценность жизни...» (с) Charleston Mercury. Oct. 11, 1860. / Т. В. Алентьева. Роль общественного мнения в канун Гражданской войны в США.
То есть агитация была очень грамотной, а, главное — близкой каждому южанину, задевавшей «внутренние струны». Фактически, даже бедняк теперь мог быть уверен: победят янки, так он станет ещё беднее. Южная элита прямо заявляла, что «все мы в одной лодке».
Кстати, тут нужно вскользь упомянуть ещё и тот факт, что позднее война велась на территории КША. И, разумеется, на Юге чужакам-северянам не были рады. Оттуда растут корни и у продолжавшегося сопротивления «мятежников» после официальной капитуляции (включая появление Ку-клукс-клана).
Ещё одним любопытным моментом южной агитации (и южных убеждений) было стремление властей КША доказать, что «всё по закону», что оним имеют право на выход из Союза. Стало быть, никакой это не мятеж, а всего лишь «борьба за свободу». Ну совсем недавно же боролись против власти Британской империи, так и появились США. А теперь что, нельзя?
«Один из сторонников сецессии Юга, Роберт Ретт, называет следующие причины его отделения:
1. Мы независимый народ, защищающий независимую страну!
2. Штат — это единственное суверенное государство, которому обязаны хранить верность его граждане.
3. Рабство было поводом, но не причиной. Истинной причиной были смена правительства и агитация против рабства.
Секционный президент был избран на основе неконституционного отношения к рабству, и южные штаты вышли из Соединенных Штатов. Рабство было поводом, но не причиной сецессии...» (с) В. С. Кодина. Цели, методы и каналы пропаганды южных штатов против северных в годы Гражданской войны в США (1861 — 1865).
Таким образом, по совокупности факторов, (отчасти благодаря историческим предпосылкам, отчасти — из-за хорошо поставленной заблаговременной пропаганде) южанин-конфедерат сражался не за рабство, а за свою «малую родину» — штат, за свой очаг, за свою самостоятельность.
И, главное, «против янки». Который пришли загнать его «в стойло», прикрываясь моралью о нехорошем рабстве.
Тут кто-то обязательно заметит: не слишком ли много сочувствия и восхищения рабовладельцами?
На это я могу заметить, что восхищения эти относятся не к рабству (к которому современный человек не может относиться положительно, правда, тут возникает принцип историзма — нужно понимать то время, будь это период Гражданской войны в России или Гражданской в США, мировоззрение людей зачастую несколько отличалось от современного), а к методам пропаганды и позиции южан, которая во многом выявляла истинные цели северян (не особо гуманные, мало кто в Вашингтоне думал о благе рабов).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на моем You Tube канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!
Читайте также другие мои каналы на Дзене:
О фильмах, мультиках и книгах: Темный критик.
О политоте, новостях, общественных проблемах: Темный политик.