Добрые дела имеют свойство оборачиваться совсем с другой стороной. Это может вывести из себя кого угодно, даже милую, одинокую пенсионерку.
В одном городе жила была старушка Марья Фёдоровна. Низенькая, хрупкая, с острым и очень любопытным носиком. Глаза цвета шоколада светились азартом и детской непосредственностью.
Проживала Марья Федлровна одиноко, в старенькой квартирке на первом этаже. Бурная молодость оставила глубокий след на её характере. Вот и сейчас, будучи на пенсии, она, как в былые времена проявляла неподдельный интерес к хозяйственному управлению дома, в котором проживала сама.
Рано утром, раздобыв где-то цветы в неказистых горшках, она принялась украшать родной подъезд. Начала с верхнего, четвёртого, постепенно дошла до первого.
— Красота! — воскликнула наша героиня, осматривая творение своих рук.
С чувством выполненного долга Марья Фёдоровна направилась в булочную.
Быстрый стук лакированных туфель прервало неожиданное появление крупной крысы. Животное выскочило из-за поворота дома и попыталось юркнуть в подвал, но столкнулась с Марьей Фёдоровной.
— Вот так встреча! Откуда бежим, серая дамочка? — присев перед ней, спросила Марья Фёдоровна.
Внезапно возле её ног взлетел фонтанчик земли, будто в грунт врезался миниатюрный снаряд. Марья Фёдоровна подхватила крысу на руки и вскочила на ноги. В то же мгновение к ним вылетел упитанный мальчик. Пухлые пучки сжимали рогатку. Рот скривился в довольной улыбке. На лице играл азарт.
— Стоять! — рявкнула Марья Фёдоровна голосом разбуженного прапорщика.
Мальчик замер, непроизвольно вытянувшись.
— Что это такое?!
— Где? — промямлил мальчик, пряча рогатку за спину.
Марья Фёдоровна подскочила к нему и взглянула на "деревянное оружие".
— Рогатка! Ну-ка, отдай!
— Бабушка! Она моя! — взмолился мальчик.
— Быстро! Не то родителям расскажу, как ты в зверей стреляешь.
— Но это крыса!
Карие глаза Марии Фёдоровны недобро блеснули и впились булавками в румяное лицо стрелка.
— Вот. — вздохнул мальчик, протягивая рогатку.
— То-то!
Мальчик опустил взор и развернувшись побрёл прочь. Марья Фёдоровна вернула крысу на землю, расстегнула ридикюль, с которым постоянно ходила и сунула в него рогатку.
— Ты чего не убегаешь? — наклонившись, спросила она у крысы.
Та поднялась на задние лапки, умоляющи, уставившись на неё чёрными бусинками глаз.
— Со мной хочешь? Ну, пошли. — Марья Фёдоровна подняла её на руки и зашагала домой. Поход в булочную потерял свою актуальность. — Придём домой, я тебе молочка налью. Как же тебя назвать?
Мария Фёдоровна задумалась. Вспомнились юные годы. В памяти всплыла её подруга, хрупкая, подвижная. Худые ручки постоянно что-то перебирали в воздухе, а любопытство курносого носа не знало преград.
— Лариска! — замерев, воскликнула она.
— Гражданка Шапокляк? — выдернул её из воспоминаний строгий голос.
Марья Фёдоровна обернулась. Перед ней стоял высокий милиционер, в форменной фуражке.
— Ваши документы!
— Да она это, она! — закричала полная женщина, соседка с верхнего этажа. — Цветы ворованные понаставила…
— Да они бесхозные стояли, вяли уже! — попыталась оправдаться Марья Фёдоровна.
— У меня аллергия! Я задыхаюся. — в ответ парировала соседка.
— Разберёмся! — подвёл итог милиционер.
Марья Фёдоровна вернула Лариску на асфальт.
— Крыса! — взвизгнула соседка.
— Ручная. — махнула рукой Марья Фёдоровна и раскрыла ридикюль.
— Это что такое? — удивился страж порядка, увидев рогатку, лежавшую рядом с потрёпанным паспортом и цилиндриком помады. — Хулиганим?
День явно не задался. Цветы пришлось вернуть ЖКХ, в участке подписать протокол и ещё предстояло заплатить штраф. При её мизерной-то пенсии! Марья Фёдоровна тяжело вздохнула, наблюдая, как Лариска лакает молоко из чайного блюдечка.
— Да, верно говорят: " хорошими делами прославиться нельзя".
Неожиданно худое лицо, с восточными скулами Марьи Фдоровны осветилось улыбкой. Она выскочила в коридор, схватила старый смятый цилиндр, оставшийся как память о муже, и надела на голову, кокетливо сместив набок. Хихикнув, вернулась, прихватив ридикюль.
— Так, рогатка на месте, шляпка при мне, Лариска!
Крыса вздёрнула мордочку, дёрнула усиками и шмыгнула в раскрытую сумочку.
— Вперёд, на борьбу с невежеством и разгильдяйством! — весело выкрикнула Шапокляк, захлопнув ридикюль.
Подскочила к двери и юркнула из квартиры. Впереди её ждали новые "нехорошие", но такие правильные дела.