С чего должник решил, что по окончании банкротства его долг будет обязательно списан? Кто, интересно, рассказывает об этом гражданам – должникам?
Эксперты Коллаборации догадываются, кто. Те, кто на банкротствах зарабатывают.
Именно они создают миф о том, что процедура банкротства придумана, законодательно оформлена и работает в интересах должника – банкрота. Но согласитесь, что в современном мире бездушного капитала (а когда капитал имел душу?) это было бы странно. А может, банкротство придумано, законодательно оформлено и работает в интересах кредиторов?
Именно так, и это многое объясняет.
В условиях «цивилизованного отсутствия» долговых тюрем (за «алиментным» исключением) банкротство при определенных условиях может пониматься и как процедура наказания, и как инструмент возмездия, если хотите. Впрочем, судите сами.
По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Однако в ряде случаев гражданина-банкрота не освободят от исполнения обязательств после завершения расчетов с кредиторами. Помимо преднамеренного и/или фиктивного банкротства и сопутствующих им уголовных/административных последствий, к таким случаям относятся:
- непредоставление/предоставление ложных сведений об имуществе (активах), за счет которых могут быть погашены обязательства перед кредиторами;
- недобросовестность должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина. Как недобросовестность, например, суды оценивают передачу должником ликвидного недвижимого имущества в пользу заинтересованного лица на основании договора дарения, последовательное наращивание задолженности перед кредиторами (увеличение суммы кредитных обязательств без погашения задолженности перед кредиторами), и так далее – в зависимости от текущего трактования судами института добросовестности.
К слову, неприменение к должнику «естественного» пост-банкротного освобождения от обязательств во многом зависит и от грамотности и профессионального азарта нанятых кредиторами юридических спецов.
Еще к слову: как недобросовестные могут быть запросто оценены по сути естественные попытки должника сохранить хоть что-нибудь (кроме защищенных имущественным иммунитетом активов, которых может и не быть), путем отчуждения имущества (а как еще прикажете?) Закон лишает должника – банкрота права на «разумную хитро-Опость», как мы это называем.
В общем, если должник-банкрот не вывернулся практически наизнанку перед кредиторами в попытках вернуть долг (или юристы кредиторов убедили в этом суд), есть далеко не нулевая вероятность, что после завершения процедуры в жизнь должника вернутся исполнительные листы, которые суд выдаст кредиторам на непогашенную часть долгов. Это и есть наказание; в этом и состоит возмездие.
Многим уповающим на банкротство как на индульгенцию, известен этот нюанс? Ответ очевиден.
Потому что банкротство – это не про должника; банкрот и его интересы, в общем-то, вторичны. Прежде всего, банкротство – это про защиту интересов кредитора. И это факт.
Эксперты Коллаборации не дают никаких оценок этичности поведения ни банкротов, ни кредиторов. Мы не лирики, знаете ли. Знаем и понимаем исключительно и только практику.
Подписывайтесь, комментируйте. Наши подписчики в Телеграм и тут, в Дзене, имеют бесплатный доступ к совиному онлайн – консалтингу; к обычному - тоже. Читайте и не держите нас в секрете от друзей 🧐).
Все статьи по тегу #Темная_сторона_банкротства - тут. Читайте с пользой )))