Скоро год, как умерла моя мама. А за полгода до того, от Ковида скончалась соседка этажом выше. Соседка была хоть и пожилая, но ещё совсем не старая. Её муж лет на десять постарше, фактурный здоровяк с глубоким басом из бывших шоферов, человек довольно циничный с несколько грубоватым юмором, но по сути добродушный. Он сразу как-то сдал и попритух. Я тоже, понятно, хожу невесёлый. Иногда мы встречаемся на лестнице или во дворе, здороваемся и коротко перекидываемся о погоде, украинских событиях, реновации и здоровье. И вот, стою я сегодня, счищаю с машины снег. Он подходит. Впервые разговорились о своих ушедших родственниках. Сошлись на том, что тяжело всё это переживать. Мол, память подкидывает то, что давно, казалось, забыли. Всё совесть мучает: не так сказал, не то сделал, нагрубил или ещё как-то обидел. И сны! Сны, где все ещё живые... Он рассказал, как по утрам просыпается и за спиной, привычно по постели, не глядя, рукой хлопает, забывая, что её уже нет: "Аж в