Наполеон во всем цивилизованном мире персона уважаемая, но с плохой репутацией: агрессор, узурпатор, тиран. Современники называли его «Маленький капрал», «Баламут» (означает человека, несущего беспорядок, хаос), на Родине его имя было созвучно с «солома в носе» (или что-то подобное), ну а в Российской империи его называли просто - «Буонапарте».
А вот представим себе, что в 1812 году он одержал победу. И как бы теперь мы его называли?
Первое, что приходит на ум – «Отец народов», так именовали королей Франции, например Людовика XIII или Генриха IV. А, возможно, "великий вождь и учитель", "мудрый отец", "борец и сокол" – это наши отечественные титулы, которыми награжден настоящий победитель Европы И.В. Сталин.
Наполеон из всех великих полководцев отличился множеством афоризмов. Читаешь их и прикладываешь к окружающей действительности, и убеждаешься, что все великое – бессмертно.
Ну, вот например: «Для того, чтобы народ обрёл истинную свободу, надобно, чтобы управляемые были мудрецами, а управляющие — богами».
А вот точно про наших депутатов: «Легче создавать законы, чем следовать им».
Про наше правительство: «В управлении не должно быть полуответственности: она с неизбежностью ведёт к утайке растрат и неисполнению законов».
А это не про Михал Сергеича или Бориса Николаича: «Дабы погубить отечество, достаточно даже одного негодяя: тому в истории было немало примеров».
Предупреждал нас император: «В интересах государства, чтобы должностные лица постоянно сменялись: ежели этот принцип не соблюдается, то неизбежно появляются удельные владения и сеньориальное правосудие».
Не послушались. И вот почему: «Если поставить баранов во главе львов, то львы баранеют, а наоборот — то даже баран будет иметь львиное сердце».
О войне много интересных мыслей: «Бог воюет на той стороне, у которой при прочих равных условиях больше войск».
«Военных сил недостаточно для защиты страны, между тем как страна, защищаемая народом, непобедима».
. «Пока мы воюем в Европе, война остается гражданской».
«Солдаты — цифры, которыми разрешаются политические задачи».
И, конечно же, вечно живая истина:
«Народ, не желающий кормить свою армию, вскоре будет вынужден кормить чужую».
Последняя (крайняя, конечно) цитата: «В несчастии обыкновенно не уважают того, в ком прежде почитали величие».
Опять на память приходят Горбачев с Ельциным.
И они оставили нам много афоризмов. Но по сравнению с наполеоновскими – мелковаты. Зато Владимир Владимирович крут на словцо!
Про управление государством в паре с Медведевым: «Мы спим по очереди. Все под контролем, не сомневайтесь».
Про политику: «Если бы у бабушки были другие, определенные половые признаки, она была бы дедушкой. Политика не терпит сослагательного наклонения».
Про СМИ: «Настоящий мужчина всегда должен пытаться, а настоящая девушка — сопротивляться. Это значит — власть стремится снизить количество критики в свой адрес, а СМИ всегда привлекают внимание к ошибкам власти».
Отношение к закону: «Над принятием законов думают сотни и сотни, а над тем, как обойти закон, думают миллионы».
Бессмертные строки: «Мы будем преследовать террористов везде: в аэропорту — в аэропорту, значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем — мы и в сортире их замочим, в конце концов».
У Наполеона есть нескромные строки о своей личности, но куда ему до нашего! Наш так сказал: «Являюсь ли я демократом чистой воды? Конечно, я абсолютный и чистый демократ. Но вы знаете, в чем беда? В том, что я такой один, других таких в мире просто нет. После смерти Махатмы Ганди поговорить не с кем».
Вот такая высокая планка культа личности. И как вас после победы называть? Не могу придумать титул, фантазии не хватает.
Владимир Филимонов