//Лермонтов понимал, что если он хочет сохранить своё творческое я, то не надо идти в кабалу к жизни всем своим чувствилищем. Вот почему для него существовала одна эстетическая связь с жизнью – чисто интеллектуальная (Иннокентий Анненский – ИА))
Продолжаю читать Отражения Иннокентия Анненского (эссе и стихи) и не могу оторваться. Захватывает независимость его суждений и оценок. Вызвало удивление заглавие очерка «Юмор Лермонтова». Никогда не смотрела на МЮЛ под таким углом. Ждала чего угодно. Недосказанность, одиночество, этика и эстетика, тоска, любовь к жизни, разочарование и т.д. А вот у Анненского свой взгляд на Лермонтова: «Как все истинные поэты, Лермонтов любил жизнь по-своему». ИА не имеет в виду любовь к таким замечательным вещам, как шампанское или колокольный звон. Он подразумевает своеобразные эстетические эмоции, символом которых для каждого поэта являются вызванные им метафоры. Лермонтов не допытывался у жизни её тайн, не докучал ей вопросами. Он любил её такой, какой она шла к нему. Он был фаталистом, одинаково отвечал на её вызовы и соблазны. Лермонтов действительно чувствовал себя свободным человеком и учился быть равнодушным там, где не мог быть сильным. Вот как о Лермонтове написал Анненский: «Не было другого поэта, для которого достоинство и независимость человека были бы не только этической, но и эстетической потребностью, не отделимым от него символом его духовного бытия. При всей влюбленности в жизнь и очарованности ею Лермонтов умел не слиться с нею, не вообразить себя её обладателем ни разу и ни на минуту»
Сравним Лермонтова с нашими гигантами и исполинами:
«Толстой не мог изобрести символа страшнее и безотраднее, чем его труд. Он был пророком, следовать можно только ему. Достоевский болел вообще и в частности муками творчества. Чехов соблазнился перспективой овладеть жизнью на почве свой изощренной чувствительности» (ИА)
А вот и юмор Лермонтова. Юмористически замыкается гениальная «Тамань»:
«Да и какое дело мне до радостей и бедствий человеческих, мне странствующему офицеру, да ещё с подорожной по казенной надобности?»
Вдумаемся в эти слова. В них нет ещё гоголевской тоски. Лермонтов не знает ни его стыдно, страшно, скучно. Лермонтов не жалеет других, потому что не умеет жалеть самого себя.
И скучно и грустно
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды...
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
А годы проходят - все лучшие годы!
Любить... но кого же?.. на время - не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? - там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно...
Что страсти? - ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг -
Такая пустая и глупая шутка... 1840 г
