Афина была совершенно обычной девочкой из совершенно обычной советской семьи. Ее семья совершенно ничем не выделялась: не было там ни выдающихся предков, ни выдающихся профессий, ни каких даже талантов особых не было. Умелый деревенский плотник и его жена маляр-штукатур скромно жили в маленькой двушке в подмосковном поселке, работали вместе на одном заводе и растили троих детей. Но жили счастливо, очень дружно, действительно душа в душу, и с такой же душой и полной отдачей любили своих детей, искренне, очень просто любили, ничего от них не требуя, поддерживая на все 100% и позволяя им целиком и полностью быть собой.
Афину же выделяло разве что ее имя, данное отцом. Папа очень много читал. Он мог всю ночь сидеть читать на кухне, а утром, не спавши, пойти на работу. А придя с работы, готовить ужин и снова читать. Удивительная любовь и тяга к книгам, к слову, никому из его детей особо не передалась. К величайшему сожалению уже взрослой Афины, его внукам она тоже не передалась… Ну да ладно.
Если в Греции Афина – это богиня войны, защитница, то эта, земная Афина, была очень тихой и трусливой. Настолько, что даже в 40 лет она не пойдет одна в «Пятерочку» возле дома, если уже стемнело. Даже если это просто зима, декабрь, а на часах нет и 17.00.
Эта боязливость касалась всего. Общения, высказывания своего мнения, игр в команде, необходимости выступать перед аудиторией даже в пару человек, в общем, любого привлечения к себе внимания. Поэтому любимым занятием Афины в зимнее время года было сидение дома. Она играла в куклы с полным погружением в мир фантазий, мастерила какие-то поделки и готовила с папой какую-нибудь еду. В летнее время года Афина любила ходить с папой на огород. Они ходили через лес, где папа рассказывал разные истории про жизнь леса и его обитателей, про травы, цветы, а Афина с упоением слушала его истории, нанизывая на травинку лесные ягоды и собирая цветные сыроежки. Ооо, однажды сыроежки сыграли с ней злую шутку. Но об этом я расскажу как-то в другой раз.
И не было у Афины даже каких-либо намеков на магию – ни видений там, ни внезапных пророчеств и чудесных исцелений. Но кое-что однажды все-таки Афине довелось пережить, что и она, и ее мама запомнили обе на всю жизнь…