Как сын Урсулы Ле Гуин обосновывает измения в тексте ее детских книг

13 марта сын и душеприказчик наследия знаменитой писательницы опубликовал на Литхабе статью под назаванием "Почему я решил внести изменения в язык детских книг Урсулы Ле Гуин".

Приведу выдержки из статьи, поскольку ясно, что некоторые люди занимаются этим делом скрепя сердце и пытаются сами разобраться, зачем это нужно.

В письме 1973 года редактору журнала The Horn Book Magazine моя мать, Урсула К. Ле Гуин, подвергла критике книги Роальда Даля. Выражая «чувство беспокойства» по поводу работ Даля, она заметила, что «…дети очень крутые. То, что они выбирают для себя, они должны быть в состоянии прочесть самостоятельно». Я держал это в голове, когда читал об изменениях слов в новых изданиях книг Даля.

Как литературный душеприказчик Урсулы я недавно столкнулся с такой же ситуацией. Моя мать, известная своими романами для подростков и взрослых, написала среди прочего несколько детских книг. Благодаря поклонникам, книги серии "Крылатые кошки" постоянно допечатываются в США, начиная с 1980-х годов. Для меня было волнительно передать эти книги новому издателю в прошлом году.

Надо сказать, что и в России эта серия нашла своего читателя и издается непрерывно вот уже много лет.

Когда мы начали работу над новыми изданиями, я неожиданно получил письмо от редактора: «Я пишу, чтобы предложить вам сделать несколько незначительных изменений в языке… удалить слова, которые теперь имеют сегодня иное значение, чем в те времена, когда книги были первоначально опубликованы». Обсуждаемые слова были такими: слова были «хромой», «странный», «тупой» и «глупый». Всего они встречаются семь раз в трех книгах.

Урсула пересматривала свои тексты на протяжении всей своей карьеры, особенно текст «Левой руки тьмы», где действие разворачивается на планете, где секс и гендер изменчивы ... После некоторого сопротивления Урсула продемонстрировала с помощью эссе и исправлений текста, можно изложить все несколько иначе.

Далее начались некоторые мучения.

Моя работа заключается в том, чтобы донести работу моей матери до новых поколений читателей, а не пересматривать ее. Люди, которые обожают книгу, часто стремятся изменить ее с помощью экранизации, фанфиков или критического переосмысления. Иногда это работает хорошо, но чаще нет. Я склонен считать, что слова Урсулы священны. Поэтому моя первоначальная реакция на просьбу редактора была строго конструктивной.

Глубоко вздохнув и памятуя о собственном ревизионизме Урсулы, я связался с адвокатом по правам инвалидов, консультантом по детской литературе, специалистом по расовой дискриминации и с несколькими детьми. Мои консультанты склонялась к изменениям, но не достигли консенсуса. Я искренне не знал, что бы решила моя мать. Но она оставила мне подсказку: записку над ее столом с вопросом: «Написанное - правда? Это необходимо или хотя бы полезно? Это сострадательно или, по крайней мере, безвредно?»

Помучившись, сын решился.

Записка моей матери побудила меня изменить ее слова. Я нашел замены, которые сохранили первоначальный смысл и ритм, и поставил издателю условие, что в новых изданиях будет отмечено, что текст был исправлен.

После этого мучения сына не закончились.

Больше всего меня беспокоит реакция Сюзанны Носсель из PEN America, которая советует нам «подумать, как право переписывать книги может быть использовано в руках тех, кто не разделяет ценности и чувства авторов». Хотя это не дает мне покоя, люди, не разделяющие мои взгляды на свободу творчества, похоже, предпочитают запрещать или сжигать книги, а не читать их... Решение о пересмотре книги не обязательно должно создавать предписание для всех книг или всех писателей на все времена. Важно не переходить от пересмотра к полному переписыванию.

Статья заканчивается следующим обоснованием:

Трудно найти более разных людей и разных писателей, чем Даль и моя мать, но их объединяло глубокое доверие и привязанность к своим детям-читателям. В соответствии с этой позицией я бы сказал, что дети интуитивно лучше взрослых понимают и принимают тот факт, что язык постоянно меняется, как и человеческие чувства... Нужно верить, что они могут почерпнуть смысл из всего текста, а не только из отдельных слов.

Как видим, думающие люди еще далеки от окончательного внутреннего принятия современного тренда. Но процесс адаптации идет полным ходом. По крайней мере, Тео Даунс-ЛеГуин попытался честно разобраться в проблеме.