Думаю, что про “сражение за семафор” всем давно понятно. В отличие от “Солдатского поля”, на котором также сражалось огромное количество дивизий. Здесь, помимо 24-й и 1-й гвардейской, сражаются бойцы 66-й армии под командованием Родиона Яковлевича Малиновского.
Об одной дивизии расскажем вкратце, позднее, если потребуется - будет продолжение.
О сентябрьских боях и их нюансах есть резон поговорить отдельно. Обсудить нюансы, которые определяли потери “только-только прибывших с марша дивизий”.
Помимо общих данных в статье будет представлен материал из книги, подаренной “Музею Донского фронта” (так первоначально планировалось назвать Городищенский историко-краеведческий музей) ветеранами 69-й гвардейской(бывшей 120-й) стрелковой дивизии.
120 стрелковая дивизия будет действовать вместе с 64 стрелковой дивизией, прибывшей в район Лозное и прибыла на линию “северного заслона” ( или междуречья) 25 августа.
Описание достижений 64 стрелковой дивизии с 25 по 31 августа достаточно скупое: частично уничтожила до взвода пехоты противника, 3 станковых пулемёта и т.д.. (Архив: ЦАМО, Фонд: 1193, Опись: 1, Дело: 67, Лист начала документа в деле: 1, страница 4 ЖБД 64 дивизии)
Это как раз и понятно! Никто не ставил задачи прорыва “северного заслона”. В случае с 64-й стрелковой дивизией, можно сказать, что это действительно напоминает активную оборону, о которой любили говорить раньше.
ОДНАКО БЫЛО ЛИ ЭТОТ ТАК НА САМОМ ДЕЛЕ?
В КОНЦЕ РАССКАЖЕМ О РЕЗУЛЬТАТАХ СЕНТЯБРЯ ДЛЯ 64 СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ
Теперь, давайте остановимся на карте(Отчетная карта по СталФ с 1.9 по исходу 4.9.1942 г. (4 ТА, 1 гв. А, 24 А и 66 А; Архив: ЦАМО, Фонд: 220, Опись: 220, Дело: 90)
На этой карте не видно начало введения в бой 120 стрелковой дивизии. Она вступит в бой на рассвете 5 сентября.
Ещё раз, как и в книге, используя “Яндекс карты”, увидим те самые 400 гектар “Солдатского поля”. Сопоставим с военной картой.
А между тем, с 26 августа, в течение 10 суток, попадая под бомбёжки (сначала в районе Камышина, затем - в районе Поста и Екатериновки), ускоренным маршем, бойцы проходили по 40-50 километров.
Дальше пойдёт материал из книги:
“На рассвете 5 сентября дивизия прибыла к месту назначения и через два часа уже заняла исходное положение для наступления в районе села Ерзовки. Командующий войсками 66 армии генерал-лейтенант Р.Я. Малиновский приказал: нанести главный удар в направлении Рынок, расположенный в 9 километрах северо-западнее Сталинграда, и вместе с 299-й и 231-й стрелковыми дивизиями прижать противника к Волге, а затем уничтожить его и соединиться с войсками, оборонявшими северную часть города. Иными словами, ликвидировать тот коридор, который образовался тот коридор, который образовался между Сталинградом и Ерзовкой в результате прорыва к реке 16-й танковой дивизии врага 23 августа.
…..началась артминомётная подготовка. После залпов “катюш” советские войска перешли в наступление. В 9 часов утра воины 120-й стрелковой дивизии, отдельными частями поднялись в атаку. Главные силы были на марше.
….Гитлеровцы ожидали нашего наступления и заранее подготовились к нему. В начале атаки они дали возможность частям дивизии втянуться в огневые мешки, а затем обрушили на них шквал огня из всех видов оружия.
…Но несмотря на ожесточённое сопротивление врага, воинам дивизии удалось всё же прорвать оборону противника, а на правом фланге 289-й стрелковый полк овладел высотой 141,2 и вышел на северный берег балки Сухая Мечётка.
В течение дня его подразделения удерживали захваченные позиции и отражали непрерывные атаки врага. Вечером в небе вспыхнула целая россыпь “фонарей”. В степи стало светло, как днём. На широком большом пространстве сверкали, как крупные искры, бесчисленные вспышки выстрелов. Это было потрясающее зрелище, живое, быстро меняющееся и грозное. Стучали пулемёты, автоматы, грохотали мины и густо ложились вблизи позиций наших бойцов. Кругом хлестал огонь и всё гремело. И словно по команде вдруг прекратился артминомётный огонь, заглохла автоматная и ружейная трескотня, и странная тишина установилась на переднем крае. Но это было временное затишье, не предвещавшее ничего хорошего. Было тихо, словно перед бурей.
Вскоре снова в воздухе вспыхнули и повисли осветительные “фонари”. С левого фланга послышался сначала отдалённый, а затем всё нарастающий гул множества авиационных моторов. На бреющем полёте заходили на бомбёжку около пятидесяти фашистких самолётов. Задрожала от разрывов бомб земля, воздух наполнился пылью и кислым запахом взрывчатки. По нескольку заходов сделали бомбардировщики. Не успевала утихнуть одна волна взрывов, как надвигалась вторая, а за ней третья.
Волна взрывов всё ближе подвигалась к командному пункту дивизии, который располагался недалеко от передовой, в небольшом, с крутыми склонами овражке. Здесь в блиндажах находились сапёры, разведчики, комендантский взвод и связисты.
На КП командира дивизии полковника Н.В. Рякинаа царила напряжённая обстановка. То и дело гудели зуммеры полевых телефонов, забегали связные с докладами из частей. Вести с передовой были неутешительны.
Только что доложил командир 289-го стрелкового полка капитан Аршинов. Его бойцы отбили уже три атаки. Подразделения несут большие потери. Немцы ожесточённо бомбят склоны высоты, где окопались солдаты. Капитан просил срочно подбросить подкрепление.
Вскоре связь с 289-м стрелковым полком прервалась. Молоденькая девушка-связистка беспрерывно крутила ручку телефонного аппарата и чуть не плача повторяла одни и те же слова: “фиалка”,“фиалка”, я “незабудка”. Как меня слышите? Вас не слышу. Отвечайте, вас вызывает первый, вас вызывает первый.
На другом конце провода никто не отвечал.”
289-й стрелковый полк попал под сильный фланкирующий огонь, а группа истребителей танков под командой лейтенанта В. Жукова, оказалась отрезанной и была вынуждена в течение 3 дней драться в окружении.
Герой первых дней атаки 120 дивизии - Рашид Галиев(орден Красной Звезды, посмертно)
За 5 часов боя дивизия 4 раза подвергалась бомбежке с воздуха силами от 8 до 20 самолетов. Дивизия медленно продвигалась вперед неся тяжелые потери. За первый день потери составили 159 убитыми, 492 ранено, 70 проп. б/в. Был убит нач. штаба 289 сп. В последующие дни все попытки возобновить атаки встречали сильнейший арт. мином. огонь и удары авиации и успеха не имели.
Теперь посмотрим на отчётную карту с 10 сентября.(Отчетная карта (4 ТА, 1 гв., 24 и 26 А) за период с 10.9) Архив: ЦАМО, Фонд: 220, Опись: 220, Дело: 123
Уже на этой карте видно, целая дивизия (64 стрелковая) выведена в резерв.
ЧТО ЖЕ ПРОИСХОДИЛО С НАЧАЛА СЕНТЯБРЯ С 64-Й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИЕЙ?
В упорный боях развернувшихся с конца августа дивизия понесла большие потери. Удалось продвинуться вперед и занять неск. высот. Тем не менее в наступательных боях было вскрыто положение переднего края врага.
С 4 сентября наши войска продолжили наступательную операцию сев. Сталинграда с целью соединиться с частями 62А. 64 сд ставилась оборонительная задача на крайнем фланге примыкавшем к Волге. С 5 сентября на участок 64 сд выходили соединения новой 66А. Полки 64 сд действовали на примыкавшем к Волге фланге атакуя в направление п.Томилин. Как показатель понесенных потерь - действовавший в направлении Томилин 451 сп к 7 сентября имел всего 150 акт. штыков. С 9 сентября выводилась в резерв 66 А.
120 и 64 стрелковые дивизии принимали участие как и в октябрьских, так и в ноябрьских действиях Красной Армии.
В ноябре 1942 года, во время контрнаступления, 120 стрелковая уничтожала Вертячинский плацдарм, в то время, как 64 дивизия сражалась в районе Орловского выступа.
Так что, не только “разъездом 564-й километр” едины! Вся “Линия Междуречья” - это один сплошной Верден!