Самым известным изображением А.С. Пушкина принято считать портрет кисти О.А. Кипренского, выполненный в 1827 году. Поэт посвятил художнику хвалебные строки:
«Так Риму, Дрездену, Парижу / Известен впредь мой будет вид».
Однако современники узнавали поэта не по портрету Кипренского, доступному для узкого круга близких друзей, а, благодаря исполненной с картины гравюре Николая Ивановича Уткина (1780-1863). 17 марта 2023 года исполняется 160 лет со дня смерти знаменитого мастера-гравёра.
Вероятно, Н. И. Уткин познакомился с Пушкиным ещё до отъезда поэта в южную ссылку — в доме Муравьёвых, где собирались многие знаменитые художники, литераторы и мыслители: О.А. Кипренский, К.Н. Батюшков, Н.М. Карамзин, П.Я. Чаадаев, В.А. Жуковский, И.А. Крылов, кн. П.А. Вяземский и другие.
Поэт высоко ценил талант гравёра. Ещё весной 1825 года, находясь в Михайловском, Пушкин в письме к младшему брату и П.А. Плетнёву, которые помогали ему тогда готовить к печати сборник стихотворений, выразил желание разместить в будущей книге выполненную Н.И. Уткиным виньетку. И отметил:
«К тому же, кроме Уткина, ничей резец не достоин его карандаша».
По возвращении Пушкина из многолетней ссылки его лицейский друг А.А. Дельвиг заказал О.А. Кипренскому портрет поэта. Вскоре после того, как художник дописал картину, Дельвиг обратился к Н.И. Уткину с просьбой выполнить с неё гравюру для публикации в издаваемом им альманахе «Северные цветы» на 1828 год. Гравёр мастерски справился с этой задачей: он несколько изменил композицию и привнёс своё видение в облик поэта. Многие близкие друзья отмечали, что именно Н.И. Уткину, а не автору живописного оригинала, удалось вернее запечатлеть внешность и придать выражению лица присущую ему живость и эмоциональность. С.Л. Пушкин вспоминал:
«Лучший портрет сына моего, суть тот, который написан Кипренским и гравирован Уткиным».
Очевидно, что и самому поэту пришелся по вкусу этот гравированный портрет, так как он вновь решил напечатать его во втором издании поэмы «Руслан и Людмила» (1828) и альманахе «Подснежник» (1829). Так облик Пушкина стал известен широкому кругу читателей. С.М. Дельвиг, отправляя подруге А.Н. Семёновой альманах «Северные цветы», трогательно описала имеющееся в нём изображение поэта:
«Вот тебе наш милый, добрый Пушкин, полюби его! <...> Его портрет поразительно похож, — как будто ты видишь его самого...»
В марте 1837 года Лев Сергеевич Пушкин обратился к отцу с просьбой прислать портрет почившего брата. Речь шла об этой же хорошо известной работе Н.И. Уткина 1827 года.
От частого тиражирования портрета медная гравировальная доска пришла в негодность. Известно, что Пушкин незадолго до дуэли с д’Антесом обратился к Н.И. Уткину, чтобы тот повторил гравюру уже на стали. Новую версию портрета поэт уже не увидел; она появилась только в 1838 году в посмертном издании его сочинений. Согласно легенде, записанной биографом гравёра Д.А. Ровинским, пластину с этим рисунком Н.И. Уткин передал семье поэта. Многие специалисты считают, что эта версия значительно уступает первой, 1827 года.
Сегодня в экспозиции Мемориального музея-квартиры А.С. Пушкина находится подлинная шкатулка Натальи Николаевны Пушкиной, в которой она хранила письма мужа. На крышке шкатулки размещен портрет поэта по типу изображения, выполненного Н.И. Уткиным в 1827 году.
Автор текста — Надежда Витальевна Носова, хранитель экспозиции Мемориального музея-квартиры А.С. Пушкина.