— Ты даже не представляешь, где я был и что я там видел!
— Ох, Стрелок, лучше не лезьте туда…
***
В комнате была полная темнота. Пахло душистыми травами и сыростью. Тишину разбавлял мерный шорох ивы о бревна сруба.
Мрак рассеяла внезапная вспышка от спички, которая зажгла керосиновую лампу, и по комнате начал расползаться еще один характерный запах. Постепенно из густой темноты начали вырастать элементы интерьера — старый, грубосколоченый комод, деревянный стул с высокой спинкой. На нем сидел человек в потертом плаще. Лица не было видно — его скрывал объемный капюшон. Следующим объектом комнаты, который освещала лампа по мере возгорания, оказалась металлическая кровать. Голубая краска давно облупилась и осыпалась на пол, оголив ржавые прутья каркаса. На кровати лежал мужчина лет сорока в бессознательном состоянии и с кровавыми подтеками на лице. В один момент человек застонал и схватился за грудь. Хозяин плаща резко повернул голову в сторону кровати, но лица по прежнему было не рассмотреть, лишь очертания подбородка и двухнедельную седую щетину. Подойдя к больному, он положил руку ему на грудь.
— Держись, сынок, я о тебе позабочусь.
Лежащий на кровати застонал еще сильнее, затем его голова начала мотыляться из стороны в сторону, после чего он повернул голову в сторону человека в плаще и открыл глаза.
— Сердце…а-а-а…
— Спокойно, спокойно, скоро должно подействовать.
Стоящий возле кровати повернул капюшон в угол комнаты, откуда уже вышли на свет разгоревшейся лампы очертания походного рюкзака. Из приоткрытого клапана виднелось тусклое свечение сине-красного цвета.
Хозяин плаща тяжело вздохнул и снова повернулся к лежащему.
***
— Ты хоть понимаешь, что происходит? Мы точно сделали что-то не правильное.
Двое сталкеров сидели у костра и грели руки. Вокруг раскинулась крупная поляна, свободная от растительности. Посреди этой поляны стоял дуб, точнее то, что от него осталось — мутировавший ствол был перекручен несколько раз и склонился к земле. Листья покинули ветки и устлали собой окружность возле дерева, а желуди давным-давно растащили мелкие грызуны. Еще теплый осенний ветер яростно старался задуть небольшой бездымный костерок.
— И что ты предлагаешь? Отнести обратно? — сталкер съежился и подкинул сухую палку в костер.
— Другого выхода у нас нет. Ты сам прекрасно видишь как все поменялось вокруг.
— Мне нужно выяснить что именно я нашел там.
Второй собеседник смачно сплюнул на землю и закурил.
— Ты знаешь хоть одного человека, который способен тебе в этом помочь? Лично я — нет. Эта штука чуть не убила тебя.
— Док сказал что у неё отрицательная степень аномальной светимости. Такого никогда и нигде не находили! — сталкер перешел на повышенный тон.
Тишина завладела поляной на несколько минут, после чего докуривший сталкер все же согласился:
— Хорошо, если ты так хочешь, то не будем возвращать. Вопрос только в том, сколько Она продержится без него.
— Ничего страшного, Она живучая, потерпит.
— Ну не знаю, Стрелок, ты эту кашу заварил — тебе и расхлебывать. Ты же знаешь, что я с тобой до конца, даже когда все будут против нас…
В кустах неподалеку раздался хруст. Какое-то живое существо наступило на сухую палку. Сталкеры вскочили и лязгнули затворами.
***
— Пульст сто двадцать, давление в норме, степень мозговой активности колеблется, но больше к положительным значениям. Он готов, профессор.
Круглое помещение освещалось зеленым светом цилиндрических автоклавов, расположенных горизонтально к полу и присоединенных к длинной антенне, которая устремлялась в потолок. Вдоль стен находилось множество оборудования — компьютеров, рычагов, датчиков и кнопок.
Возле главного пульта стояло три человека в белых халатах. Двое из них были в очках с черной оправой.
— Еще раз проверьте датчики и переведите на разогрев модуль стирания памяти.
Один из людей подошел к телу, лежащему в открытом автоклаве. Спустя некоторое время доложил:
— Датчики в норме.
— Рабочая частота стабильна, профессор. Разрешите закрывать автоклав? — поинтересовался второй.
— Закрывайте.
Автоклав загудел гидравлическими поршнями и плавно закрылся. Пространство внутри устройства начало заполняться густой, прозрачной жидкостью.
— Показатели стабильны. Подключаю?
— Приступайте, коллеги.