Российская империя не сразу сложилась в границах, которые позже стали границами СССР. Есть мнение, что Россия колонизировала лишь сухопутные территории, но главы страны рассматривали разные, часто весьма экзотичные, варианты обретения заморских территорий. Особенно отличился Петр I с его планами на, как бы сейчас сказали, «русскую Тортугу».
Поиск покровительства сильного правителя
Бывшие каперы Миссон и Караччиоли создали на Мадагаскаре в конце XVIII века пиратское «государство» Либерталия. Конституция её впитала передовые на то время идеи французских утопистов. Миссон стал президентом, Караччиоли – госсекретарём и в течение 15 лет они занимались госстроительством, не смотря на то, что под рукой был не самый удачный для этого «строительный материал» - вольные морские разбойники. В Либерталии было много общественной собственности – деньги, лекарства, имущество. Пираты были не очень рады такому обороту вещей, но невозможно всё время носиться по волнам на корабле, грабя кого ни попадя, нужна тихая и спокойная гавань, где можно отдохнуть и накопить силы. Либерталия была таким пристанищем, так что приходилось принимать правила игры.
Тем не менее, наступали трудные времена – добычи было мало, начались перебои с продовольствием и было решено пойти под руку какого-нибудь могущественного европейского государя. Сначала выбрали тогдашнюю сверхдержаву – Швецию, куда в разгар Северной войны прибыли два посольства (1713 и 1718 года) с заманчивым предложением установления шведского протектората над Мадагаскаром. Карл XII выдал бумаги, объявлявшие президента Либерталии шведским наместником, назначил топ-менеджеров администрации и оговорил главные принципы управления колонией. Но занятость на европейском театре не дала Швеции развернуть хоть какую-то активность на Мадагаскаре. А вскоре смерть шведского короля положила конец проекту.
Но слухи о пиратах, ищущих покровительства, разошлись по Европе, и дошли до Петра I. Тот в 1723 году отправляет к берегам Либерталии эскадру под командованием вице-адмирала Вилстера с заданием сделать предложение руководителям пиратской «республики» войти в Россию на правах губернии.
Когда российская эскадра прибыла на Мадагаскар, оказалось, что Либерталии больше не существует. Ослабев от внутренних противоречий, «республика» пала под натиском туземцев.
Пиратский социальный эксперимент
Кроме отрицания частной собственности, что уже было неслыханно в те времена, «либеры», как они себя называли, провозгласили всех людей равными – это в период расцвета работорговли и жёсткого деления общества на сословия!
Откуда же у морских разбойников взялись такие воззрения? Дело в том, что Либерталию организовали двое весьма просвещённых людей – морской офицер француз Миссон, имевший за плечами классическую гимназию и военную академию. Караччиоли был монахом – доминиканцем, считавшем, что исправление ситуации и людей возможно, если отменить деньги, придуманные отцом лжи – дьяволом. Что не помешало Караччиоли стать матросом, а потом и капером, получающим «дьявольское изобретение» из средств казны.
Оба приятеля служили на одном корабле и агитировали экипаж, который вскоре стал разделать их взгляды. Офицеры придерживались традиционных взглядов на человеческую природу, деньги и социальное устройство. В одной из битв все офицеры оказались убиты и Караччиоли с Миссоном стали полновластными хозяевами корабля, ставшего своеобразной плавучей протосоциалистической «республикой». После скитаний по морям по волнам, корабль прибывает на Мадагаскар в 1694 году, экипаж выдерживает противостояние с туземцами и высаживается на берег. Флагом Либерталии стало полотнище, изображающее Свободу в виде женщины и надписью «За Бога и свободу». Караччиоли пересмотрел свои взгляды на деньги, признав их необходимым инструментом для создания государства равных. Миссон письменно призвал пиратов на всех морях присоединиться, что и произошло. Первыми стали мадагаскарские пираты, чья база была на юге острова. Постепенно подтянулись другие флибустьеры. У Либерталии возникает свой флот и береговые укрепления, что позволяет отбить атаку португальской эскадры, попытавшейся вернуть Мадагаскар португальской короне.
Либерталия жила и процветала. Приняли конституцию, объявлявшую всех равными и отменявшую частную собственность. Запрещены были ругань и азартные игры (впрочем, этот запрет был распространён на пиратских кораблях, теперь он распространялся и на сушу). Труд стал обязанностью каждого гражданина.
Сгубила утопию, как всегда, суровая реальность, не приспособленная для умозрительных экспериментов.