Несмотря на предполагаемый «разрыв с прошлым», начатый Великой Октябрьской социалистической революцией, многие здания, построенные в более поздний период правления Сталина, выглядели подозрительно похожими на те, что были построены в имперские времена - отсюда и название «сталинский ампир».
Большие и богато украшенные здания, такие как семь культовых высоток Москвы, должны были пробуждать и отмечать величие успешного социалистического государства, даже если само социалистическое государство не было ни грандиозным, ни особенно успешным.
После того, как Сталина не стало в 1953 году одним из первых действий нового генсека Хрущева, было выступление против «архитектурных эксцессов». Он подчеркнул, что в социалистическом обществе все должно быть функциональным, без траты средств. Центральный Комитет был прямо за ним: необходимый закон был принят в 1955 году и реализован с типичной советской скоростью и сопутствующим пренебрежением к последствиям.
В некоторых случаях изменение происходило так быстро, что строящиеся в то время здания превращались в эклектичную смесь декоративной кирпичной кладки и плоского ветхого кирпича. Замена «излишней» архитектуры уже находилась в разработке: прямоугольные домики из сборного железобетона, впоследствии получившие соответствующее прозвище хрущевки.
Ключевым моментом было количество, а не качество: а что, если квартиры были плохо изолированы и через 25 лет планировалось снести? Когда было построено так много нового жилья, «собственность» на жилье внезапно стала одновременно возможностью и желанием для советских граждан - «собственность», конечно, относительный термин в обществе, которое идеологически отрицало частную собственность.
Тестовым примером для этих новых проектов стал подмосковный пригород Черемушки, также известный как название фильма о попытках получить собственную квартиру, в комплекте с музыкальным номером, изображающим однообразные пятиэтажные кварталы как дома, исполнение мечты молодой пары.