Не дойдя до Тына пару верст, Триза увидел предсказателя. То, что это предсказатель, сомнений не возникало – худой мужик с длинной бородой, одетый в кафтан с разноцветными звездами, в островерхом колпаке, украшенном также криво нарисованными звездами, сидел возле шалаша на полянке у обочины дороги. Возле него переминались два каких-то купца.
Ведьмак подошел к купцам.
- Добра вашему дому.
Купцы как-то грустно осмотрели на ведьмака, потом один из них вздохнул.
- Нынче такие уж времена, что добро не в дом, а из дому таскать приходиться.
- Решили довольствоваться малыми потребностями для постижения больших добродетелей? – Поинтересовался ведьмак.
Купцы снова грустно вздохнули.
- Какие уж тут добродетели, коли свету конец настает…
- Так ежели свету конец, так о чем печаль? Доживайте уж достойно.
Купцы пристально посмотрели на Тризу и задумались. Потом один недоверчиво переспросил:
- Достойно, говоришь? Это как достойно жить, когда свету конец?
Триза покосился на предсказателя и усмехнулся.
- Концы свету бывают разные. У вас какой намечается?
Купцы в недоумении задумались.
Предсказатели, как и любые вредные насекомые, особо обильно плодились во время войны, различных болезней и неурожаев, а также когда королям становилось нехорошо здоровьем. При этом концы свету и прочие напасти сильно зависели от фантазии и образования предсказателей, а также количества потребляемого спиртного. Одни могли предсказывать незатейливые всеобщий мор, всеобщий перебор и всеобщий измор. Другие же перебору не признавали, упоминая падучую звезду. Ну а в заморских землях, да еще люди с алхимическим опытом, опасались всемирного потопу, отчаянного гоп-стопу и нехорошего изотопу.
Народ обычно не очень хорошо понимал картины всеобщего бедствия, однако же привычно скупал соль, свечи, огниво, какой-никакой инструмент, а самые отчаянные и колбасу впрок. Самые же мудрые правили самогонные аппараты, справедливо рассчитывая после запасательского ажиотажу выменять самогон на избыток всего остального, нередко скоропортящегося.
По глазам купцов Триза понял, что формула конца света было предсказателем проработана весьма поверхностно.
- Так каков конец то ожидается, любезный глашатай? – Спросил ведьмак.
Предсказатель забегал глазками, словно ожидал увидеть конец света в непосредственной близости.
- Эти… беды настают… - затянул он привычную песню.
- Каковы беды, с какой целью, долго ли будут наставать? – Триза в упор смотрел на предсказателя. – И глазками не бегай, от меня не убежишь.
- Я грядущее вижу, а мелочи мне не интересны!
Предсказатель, похоже, решил зайти с козырей. Он закатил глаза и принялся раскачиваться, словно болотная выпь в ожидании лягушки со слабым зрением. Триза вздохнул и повернулся к купцам.
- Думаю, конец света отменяется.
- Как же так, прям отменяется? – недоверчиво посмотрели купцы. – Мы же тут погреба набили, капусты там соленой, муки в амбар завезли, соли по паре бочек…
- Ну вот и кушайте капусту, да солить не забывайте, - ответил Триза. – Сами видите, конец света больно непонятен даже предсказателю – не то великая засуха, не то всемирный потоп. А барахтаться в потопе с пучком капусты во рту – это какой-то кулинарный рецепт, а не конец света.
Купцы почесали затылки, переглянулись и молча двинулись к предсказателю.
- Давай, птица говорун, сказывай, каков конец света ты тут нам напророчил.
- Мне звезды про то не сообщили, - пискнул предсказатель. – Но путь у них понятен любому, кто разумеет: час пробил!
- Несомненно пробил, - хмуро сказал один из купцов и принялся засучивать рукава.
Предсказатель с визгом подскочил и бросился в ближайшие кусты. Купцы кинулись следом, заходя с двух сторон.
Триза профессиональным взглядом оценил погоню и понял, что шансов у предсказателя немного. Раздавшийся вскоре визг подтвердил его предположение.
Через несколько минут купцы выволокли из кустов унылого предсказателя. С одной стороны его щека было бардового цвета. Другая же сторона лица стремительно синела, что весьма оживляло картину. Однако более всего пострадала борода – приблизительно половину ее один из купцов держал в руке, размахивая, словно трофеем.
Усадив предсказателя на землю и отвесив по паре тумаков, купцы повернулись к ведьмаку.
- Скажи нам, разумный человек, что в иных землях с такими говорунами делают?
Триза усмехнулся и подмигнул купцам.
- У кочевых ханов есть хорошая традиция – они таким вестникам в горло заливают кипящий свинец.
Предсказатель побледнел и затрясся.
- В заморских же землях есть интересная традиция – их используют для предсказания рыцарских турниров.
- И что после этих турниров бывает? – поинтересовался один из купцов.
Триза пожал плечами.
- Обычно народ, поставивший много денег на неудачного рыцаря, вешает предсказателя на ближайшем дереве. Хотя бывали случаи утопления в крепостном рве.
Предсказатель полными ужаса глазами посмотрел на ведьмака и просипел:
- Я рыцарей не предсказывал, не надо дерева.
Купец окинул его с ног до головы нехорошим взглядом и кивнул.
- Ну, раз ты рыцарей не предсказывал, стало быть вешать тебя не за что. Поэтому ты, паскудник, будешь капусту жрать. Ежели капуста кончится раньше конца свету – так и быть, отпущу. С радости отпущу, что конца свету не случилось.
- А ежели не кончится? – спросил предсказатель.
- А ежели не кончится – будешь и дальше в погребе сидеть и капусту жрать. Там десять бочек припасено.
Предсказатель поник. Триза кивнул купцам.
- Шибко то не морите его такой диетой, не дотянет до десятой бочки.
Купцы, подумав, кивнули.
- Шибко не будем. Как от капусты мозги прочистятся, так определим на свечной заводик, фитиля резать. А там, глядишь, до заливщика дорастет.
Триза кивнул и двинулся к городу. Как ни крути, соленая капуста всяко полезней для организма, чем расплавленный свинец. Да и карьерный рост пророку внезапно организовался, причем по специальности. Раньше в уши заливал, теперь в форму свечную лить будет. Призвание такое видимо, заливщик.