Варя была из тех, кто предпочитал говорить правду. К тому же она была уверена, что правда подбодрит женщину.
- Да, конечно. Вы встанете на ноги. Почему-то восстановление идет плохо. Но, если вы будете стараться, то и рука будет работать, не так как раньше, конечно, но будет. Чтобы она плетью не висела, нужны упражнения. Скорее всего, только пальцы будут малоподвижны. Нога тоже. Останется небольшая хромота. Ассиметричность лица тоже почти пройдет. Просто надо потерпеть. Кто-то очень быстро восстанавливается, кто-то медленней, как вы.
- Спасибо. А если не делать массаж, иглоукалывания, не заниматься, то само восстановится?
- Не знаю. Может быть и нет. Хотя наш организм очень странная штука.
- А есть клиники, где помогут восстановиться на 100 процентов?
- Этого никто не гарантирует. Но у вас молодой организм, лучшие лекарства, лучшие процедуры. Если усиленно заниматься, то последствия будут почти не видны.
В этот момент дверь хлопнула, Вика прекратила разговор. Ответ на вопрос она получила – прежней ей не стать. Ради чего тогда жить? Видеть жалость Коли? Сколько он еще продержится? Месяц, год?..
Коля сразу понял, что что-то случилось. Он слишком любил Вику и слишком хорошо ее знал. Замечал малейшее, никому больше не видимое, изменение. Он не мог определить точно, но ему показалось, что Вика как-то еще больше потухла. У него возникло какое-то неприятное ощущение. Он позвонил врачу, договорился, чтобы Вику положили в больницу.
Ольгу это известие поставило в тупик. Она ничего не обычного в дочке не замечала. Такая же апатия, как была. Тут же вспомнилась гадалка. Очевидно, появилась у Коли бойкая бабенка, а Вика мешается. Сейчас Вику в больницу, ее, Ольгу, к себе, а сам развлекаться.
Но сделать ничего не могла.
В больнице развели руками – самочувствие и анализы хуже не стали.
К Вике приходил очередной психолог, что-то нес про детей, их свадьбы, внуков, радость жизни, возможность путешествовать, но она слушала вполуха.
Зато его очень внимательно слушал Коля.
- Боюсь, вашей супруге нужно более… серьезное лечение. У нее депрессия. К сожалению, именно это надо лечить в первую очередь.
Коля услышал именно то, что не мог сам сформулировать. Вика просто не хочет жить. Боится, что уже не будет такой красавицей, как раньше.
А Вика напряженно думала, что делала в последнее время редко. Она не хочет видеть, как Коля уйдет или будет прятать глаза, возвращаясь поздно или уезжая в «командировки». Она была самой яркой, самой веселой. Бледной тенью быть не хочет.
Самое простое решение пришло само собой. Надежнее всего - это выпить сразу все таблетки. Коктейль из всех лекарств, которые стояли в ее комнате, должен был сработать на 100 процентов.
Вика приняла решение и успокоилась. Главное побыстрее вернуться домой и осуществить задуманное.
Но дома оказалось, что таблеток, которые рядами стояли на тумбочке, нет. Люба, которая ухаживала за Викой, мама или Коля теперь приносили ей их в коробочке, когда надо было пить.
Вика вспомнила, как читала в книгах – таблетку за щеку, потом выплевывать. Но не получалось – все сидели рядом, предлагали воды, таблетки растворялись, приходилось глотать.
Пришлось вставать, идти смотреть, где таблетки.
- Ой, что же вы не сказали, что хотите встать! – всплеснула руками Люба, которая как раз доставала из шкафа на кухне ящик с лекарствами, увидев стоящую в дверях Вику с ходунками. – Я бы вам помогла.
Сериалы пришлось не смотреть, поспать днем, чтобы ночью идти за таблетками. Вика кое-как доплелась до кухни, уже тянулась к шкафу, когда услышала:
- Что-то случилось? У тебя что-то болит? Почему ты не позвала? – в дверях стоял Коля.
- Голова немного.
Коля помог дойти до кровати, принес таблетку и улегся рядом. На обычные возражения, что она хочет одна, заявил, что на диване плохо спится, а ему на работу.
Утром Вика обдумала ситуацию – будет настаивать вообще запихают в дом инвалидов.
Вика пошла к окну. 5-й этаж.