В комментариях под постом о гиацинтах Полина, дочь моей подруги, прислала стихотворение Николая Гумилева.
***
Вот гиацинты под блеском
Электрического фонаря,
Под блеском белым и резким
Зажглись и стоят, горя.
И вот душа пошатнулась,
Словно с ангелом говоря,
Пошатнулась и вдруг качнулась
В сине-бархатные моря.
И верит, что выше свода
Небесного Божий свет,
И знает, что, где свобода
Без Бога, там света нет.
Когда и вы захотите
Узнать, в какие сады
Ее увел повелитель,
Создатель каждой звезды,
И как светлы лабиринты
В садах за Млечным Путем —
Смотрите на гиацинты
Под электрическим фонарем.
***
"Где свобода
Без Бога, там света нет."
Да, там не свобода, там вседозволенность. Согласна.
Но, чтобы узнать, как светлы райские сады, поэт предлагает посмотреть на "гиацинты под электрическим фонарем".
Я посмотрела.
Наверно, фонари не той системы, другие, чем во времена Гумилева.
Поэтому гиацинты мне нравятся при дневном свете.
Гиацинты тянутся к свету.
Столько радости от этих первых цветов на окне. Любуюсь, фотографирую.
Спасибо Полине за стихи Гумилёва, которые снова дали повод окунуться в гиацинтовую тему.
Но чем же всё - таки прекрасны "гиацинты под электрическим фонарём"? Или не надо воспринимать поэтические строчки так буквально?
Поискала разбор стихов в инете. Никто не разбирает, все любуются фотографиями гиацинтов.