Тёща, даже которая очень любит своего зятя, всё равно живёт в постоянной тревоге, как бы чего не вышло, как бы не обидел зять её кровинушку, а уж если он на сюрпризы горазд, тут уж и совсем покоя лишиться можно. Что с моей знакомой Антониной, бывшей деревенской соседкой, однажды и произошло.
Что за краля у него
Вот уже четвёртую ночь Антонина не спала, причина была для бессонницы очень веская: зять её Олежек, любимый да балованный, с которым бок-о-бок почти четверть века прожила, загулял. Нет, она точно-то этого не знала, но предположения были очень веские.
Поутру, распялив глазоньки в серый рассвет, она уже ясно видела, как тяжело живётся сиротами её внучкам Борюшке с Мишаней, да и дочке Алёнке несладко приходится, не жена, не вдова. То ли дело деткам при отце расти, а жене при муже, вон как цветёт да добреет, к весне опять ни в одно платье не влезет. «Погоди, милая, погоди, голубушка, вот дойдут до тебя недобрые вести, скинешь тогда жирок-то лишний, закрутишься, завертишься одна-то, везде надо успеть, из меня уж какая теперь помощница…, - горестно размышляла Антонина, кутаясь в старую шерстяную шаль, её и на печке знобило. - Деток-то надо обуть, одеть… Хорошо, если Олежек от деток не откажется, помогать будет, к себе станет брать ребят хоть на выходные… Если, конечно, новая-то жена позволенье даст…», - горько вздыхала Антонина, понимая всем сердцем своим материнским, что навести дочушку на раздумья она ни за что не решится, пусть люди скажут, но только не она.
Прожила её Алёнка за таким-то мужем, будто песню пропела, будто вечно в их доме был праздник, смех да шутки, музыка да гости, вся родня вокруг их семьи вьётся. Пары в их возрасте по улице друг за дружкой, будто чужие, ходят, а они всё под ручку, да ещё и целуются, как парень с девкой.
Вот бы узнать, что за краля у него завелась, и чего у неё такого есть, чего у Алёнки нет, раз его к ней каждый выходной, как магнитом тянет. Рыбалку эту он и раньше любил, но чтобы по два дня подряд с утра до вечера какую-то мелочь ловить, этого не было. Понятно, что все уловки придуманы, чтобы жене глаза туманом завесить. Она, глупая, верит ему, а ведь Антонину-то не проведёшь, жизнь за плечами, свой ходок был, дорыбачился, что уехал однажды да и не вернулся больше, ни письма, ни весточки. Видно, и дочку ждёт такая же судьба, догорает её счастье, вот-вот и погаснет совсем, умирает их горячая любовь.
Неутешительный диагноз
Утром в субботу, едва заметив, что зять опять берётся за сапоги-болотники, собираясь на очередную рыбалку, Антонина подступила с расспросами:
- Олеженька, ты где, милый, рыбачишь-то?
- Так на Чурилкове…
- На правом берегу-то или на левом?
- На правом… А ты чего, мать интересуешься?
- Так уж больно рыбёшка-то там мелкая клюёт, стоит ли ради такой ночь-то в палатке ночевать? Холодные стали ночи-то, простудишься ещё ненароком? Подумай-ко, у жены-то под бочком потеплее будет…
Зять внимательно посмотрел на тёщу, будто почувствовал в этом разговоре какой-то подвох, будто вылетела и заметалась по комнате неясная тревога. Он повёл плечами, но продолжил собираться. Вскоре его машина рванула с места, а тёща, совершенно обессилев, опустилась на диван. «Ишь, - подумала она, - и к Алёнке попрощаться не зашёл, и к Бореньке с Мишаней не заглянул, никто стал не нужен нашему молодцу. Какая-то зараза крепко затуманила мужику голову, узнать бы кто…»
В голове Антонины зрел план, мысли метались, будто в снежной круговерти и никак не желали выстроиться в ряд. Ещё по деревне и трубы дымить не перестали, и свет не во всех окошках померк, а Антонина, наскоро застегнув драную фуфайчонку, заспешила на другой край деревни. С крыши на крышу перелетала чёрная стая ворон, поднимая в её душе очередные столбы боли и обиды.
На той стороне, на высоком речном берегу стоял дом Глашки Нестанухи, она в нём с сыном жила, парнишко учился плохо, мать не слушался, но был отменный рыбак, по весне ставил сети, не опасаясь никакой рыбоохраны, и всю деревню заваливал рыбой. Антонина тоже у него покупала, хоть и был свой рыбак в доме, но их Олежек ловил только на удочки, закон, видите ли, шибко уважал, да и нельзя ему было попадаться, как-никак начальник.
Сына Глашкиного она застала во дворе, он готовил свой старенький драндулет в дорогу, это было понятно с первого взгляда.
- Серёженька, ангел господен, просьба у меня… Ты где рыбу-то ловишь? На Чурилкове? И наш Олежек на Чурилкове…
Она заметила, как Серега хмыкнул и отвёл глаза в сторону.
- Чего тебе, бабка?
- Да вот он жилетку забыл, а ночи-то холодные стали, ты передай ему…
- Передам, не вопрос. Только ему и без жилетки есть, где погреться…