#культура #поэзия #янка
Моя рубрика была создана с целью показать людям неизвестные или не особо известные поэтические произведения авторов разной степени знаменитости. Однако все стихотворения, изложенные применимо к нашей сегодняшней гостье, среди её поклонников самые востребованные.
Почему же они попали сюда?
К сожалению, Янка (Яна) Станиславовна Дягилева не славится как поэтесса и литературное явление. Те, кто знает её, любят именно за песни и необычайный, чудесный голос. Однако в моём понимании стихотворное наследие этого человека гораздо ближе к золотому фонду, чем к полному забвению.
Поэтому, неравнодушный читатель, я зову тебя вместе с Янкой в небольшую прогулку "По трамвайным рельсам".
А мы пойдём с тобою
Погуляем по трамвайным рельсам,
Посидим на трубах
У начала кольцевой дороги.
Нашим тёплым ветром
Будет чёрный дым с трубы завода.
Путеводною звездою
Будет жёлтая тарелка светофора.
Для знающих людей не секрет, что в творчестве Я.С. Дягилевой зачастую применим белый стих, и вне песенного формата довольно сложно уловить рифмовку, которую использовала девушка.
Ничего страшного. Как раз сегодня я хотел поговорить не о стихотворных размерах и логических ударениях, а скорее об эмоционально-лирической содержательности стиха, тем более что по количеству получаемых впечатлений и проницательности текста Янке уж точно не занимать.
Если мы успеем, мы продолжим путь
Ползком по шпалам.
Ты увидишь небо, я увижу землю
На твоих подошвах.
Надо будет сжечь в печи одежду,
Если мы вернёмся,
Если нас не встретят на пороге
Синие фуражки.
Я знаю, что у многих людей возникает вопрос, откуда же у певицы такая печаль, почему она стервенела "с каждой шапкой милицейской, с каждой норковою шапкой"? Давайте подробнее разберёмся в этом, тем более что настала очередь стихотворения "Я стервенею".
Я неуклонно стервенею
С каждым смехом, с каждой ночью,
С каждым выпитым стаканом.
Я заколачиваю двери,
Отпускаю злых голодных псов
С цепей на волю.
Некуда деваться.
Нам остались только сбитые коленки.
Я неуклонно стервенею с каждым разом.
Если честно, я даже слышу здесь нотки предшественника певицы — Владимира Семёновича Высоцкого, автора и таких "злых" песен, как "Нагайская бухта", лирический герой которой "уехал в Магадан" и
"с горя там напился вдрабадан".
Однако в случае с Яной Станиславовной Дягилевой у нас есть лирическая героиня, а не герой. Несмотря на почти полное отсутствие глаголов в женском роде, можно понять, что фраза "я неуклонно стервенею" в целом может подойти только девушке, ибо именно так называется злость, сходящая с её, а не его уст.
Я обучаюсь быть железным
Продолжением ствола,
Началом у плеча приклада.
Сядь, если хочешь, посиди
Со мною рядышком на лавочке.
Покурим, глядя в землю.
Некуда деваться.
Нам достались только грязные дороги.
Я неуклонно стервенею с каждым часом.
Фраза "покурим со мною рядышком" в этой песне, пожалуй, является всеобщим призывом, неким значением самой Янки в обществе того времени. Ведь многих людей успокаивал её голос, она являлась кем-то жалеющим, кем-то несправедливо страдающим. Люди слышали это, не зря в какой-то степени певица была голосом поколения.
Пожалуй, самое известное и цитируемое стихотворение Я.С. Дягилевой — "От большого ума", ведь творческие люди и вообще ребята не от мира сего уже уяснили, что
От большого ума
Лишь сума да тюрьма.
От лихой головы
Лишь канавы и рвы.
Но, возможно, это и не самые главные строки стихотворения.
Так или иначе, Янка выражала социальный протест, будучи обречена жить в совсем не угодном ей обществе. До сих пор неизвестно, прямой ли смысл в упомянутой надежде
Параллельно пути
Чёрный спутник летит.
Он утешит, спасёт,
Он нам покой принесёт.
Или певица иронизировала, имея ввиду безысходность всего и вся.
В любом случае, именно этот текст содержит ключевое и, пожалуй, ведущее объяснение авторского отношения к укладу общественного строя.
Собирайся, народ,
На бессмысленный сход,
На всемирный совет,
Как обставить нам наш бред,
Посидеть, помолчать
Да по столу постучать,
Вклинить волю свою
В идиотском краю!
Вместо вывода здесь хочется лишь указать на несправедливость, вечно царящую в нашем мире, где самые лучшие поэты вынуждены рано оставлять свою жизнь.
Конечно, Янка не забыта и ценима, однако, к сожалению, я никогда не видел собраний сочинений её стихов в виде книг.
Впрочем, я имею на то своё видение. Есть подозрение, что девушка просто не хотела быть печатаемой — возможно, сама недооценивала своё творчество, либо считала, что "не это поднимает ввысь", как у Бориса Пастернака.
Так или иначе, я закончу стихотворением "Печаль моя светла", которое хочу оставить без комментариев, ибо оно в них не нуждается.
Я повторяю десять раз, и снова
Никто не знает, как же мне хуёво.
И телевизор с потолка свисает.
И как хуёво мне, никто не знает.
Всё это до того подзаебало,
Что хочется опять начать сначала
Куплет — печальный он такой, что снова
Я повторяю, как же мне хуёво.