Можно ли вступать в компромиссы со злом ради победы добра? Пожалуй, именно к этому вопросу можно свести суть всех последних нашумевших дискуссий. Кого-то обвиняют в том, что он в компромиссы со злом вступать категорически не хочет, кого-то – в том, что он вступает в компромиссы, но не с тем злом, с каким надо, а кто-то просто ратует за любые компромиссы в любом виде, потому что только они могут помочь в борьбе со злом.
Мне же кажется, как и всегда в разговорах о добре и зле, что подходить к этому вопросу в его статичном состоянии в корне неправильно. Именно из-за такого подхода и получаются разногласия и споры. Люди вроде бы по факту говорят об одном и том же, но из-за того, что внешне их высказывания как бы зафиксированы в разных временных отрезках, получается, что они говорят о разном – и, конечно, согласиться друг с другом совсем не могут.
То же самое относится и к всевозможным компромиссам с силами зла. Эти самые силы зла могут находиться в очень разном статичном состоянии – поэтому нужно обязательно всегда смотреть на вектор их движения. Если очевидно, что какая-то конкретная сила зла упорствует в своем стремлении к злу, не отказывается от него, упорно продолжает причинять вред другим людям, включая силы добра, то заключать с ней компромисс явно не стоит.
Нет, можно, конечно – например, чтобы продемонстрировать окружающим свою «светлость», открытость и готовность к компромиссам. Но помимо этого, сугубо имиджевого эффекта, никакой пользы добру этот компромисс не принесет, не приведет добро к победе. Получится просто такой «Атос, Портос и компромисс», как в фильме «О чем еще говорят мужчины» - компромисс ради компромисса, ради самого факта каких-то уступок со стороны сил добра. Но при любой удобной возможности сила зла воспользуется этим компромиссом в своих целях, чтобы усилить и укрепить зло.
Поэтому все, кто рекомендует добру заключать компромиссы вот с такими упорствующими силами зла и тем более настаивает на этом, проявляет, на мой взгляд, как минимум, недалекость и недальновидность, а как максимум – сам по каким-то своим тайным причинам служит злу.
С какими же силами зла заключать компромиссы все-таки, на мой взгляд, можно? Очевидно, с теми, кто открыто раскаивается в содеянном зле, выражает готовность исправить сделанное, какими-то действиями подтверждает свою готовность отступиться от зла. В большинстве своем в этом мире людей с идеальной репутацией не бывает, это правда, но они должны хотя бы сделать шаг навстречу добру. Ведь компромисс – это взаимное движение противоборствующих сил навстречу друг другу. И странно требовать сделать этот шаг только от светлых сил, не требуя при этом никаких уступок от сил зла.