События, приведшие к необходимости проведения СВО, связаны с реализацией англосаксонского проекта «Украина как АнтиРоссия» в качестве «цугцванговской ловушки для Путина». В чем состоял ее замысел?
После потери Крыма и весьма неуспешной для Украины войны на Донбассе в 2014-2015 годах в западной части Донецкой и Луганской областей стали создавать укрепрайоны с большой толщиной бетонной защиты обороняющихся (порой толщина доходила до трех метров), включающие в себя 268 фортификационных сооружений типа «взводный/ротный опорный пункт». Совсем уж неприступной и неуязвимой такую систему не назовешь, но ее преодоление – дело небыстрое, требующее высокой точности попадания фугасных боеприпасов большой мощности и в случае ошибок применяемой тактики чреватое высоким уровнем потерь наступающей стороны. Обычно такие опорные пункты берутся не в лоб, а после окружения и отрезания коммуникаций снабжения.
Интенсификацией обстрелов Донецка из Авдеевского и Мариинского укрепрайонов в конце 2021 и в начале 2022 года англосаксы предложили Путину выбор из таких вариантов:
- вообще не вмешиваться войсками в явном виде, оставив население ДНР и ЛДНР беззащитными перед карательным наступлением ВСУ (что крайне бы осложнило электоральную поддержку Путина в российской патриотической среде и поставило бы жирный крест на пророссийских настроениях среди граждан Украины);
- ввести войска (первыми или в ответ на наступление ВСУ), но остановиться ими на линии фронта, сложившейся по результатам военного конфликта 2014-2015 года, в расчете на то, что ВСУ после этого испугается и прекратит обстрелы территории ЛДНР (крайне слабый вариант, совершенно не обеспечивающий России перехвата у англосаксов стратегической инициативы);
- ограничить территорию военной спецоперации только лишь территорией ДНР и ЛНР в их конституционных границах, то есть в границах Донецкой и Луганской областей (но это был как раз тот самый «укрепрайонный» вариант, в котором были крайне заинтересованы англосаксы: достаточно отметить, что Байден публично намекал, что если российские войска ограничатся лишь территорией Донецкой и Луганской области, то больших санкций со стороны Запада не будет);
- объявить войну Украине в духе колониальных войн англосаксов, ставя военным задачи разгрома территории противника в хлам без оглядки на интересы местного мирного населения (этот вариант англосаксов с массовыми жертвами тоже очень даже устроил, поскольку он бы оборачивался для Путина очень большими проблемами, в том числе электоральными);
- проводить локальную по территории военную операцию по принуждению Украины к признанию Крыма, ДНР и ЛНР с высокими рисками не успеть получить целевой результат в те сроки и с такими затратами, которые бы более-менее устроили патриотическую часть российского электората (было очевидно, что англосаксы располагают широкими финансово-организационными и техническими возможностями перевода военного конфликта на Украине из краткосрочного в долгосрочно-многолетний формат).
Словом, англосаксы любезно пригласили Путин в украинский «Афганистан» для пирровой военной победы максимально большой экономической и электоральной ценой. Им нужно не столько поражение российских войск на Украине, сколько такая цена российской военной операции, которая покажется неприемлемо высокой для большинства пропутинского ныне электората.
В общем, выбор такой, что куда не кинь – везде клин. И безупречно спланировать ход СВО, заранее без всяких косяков согласовав военно-технический, политический и социально-психологический аспекты, было практически невозможно. Тем более, что время подгоняло, а момент начала спецоперации (с точностью до 2-3 недель) англосаксы выбирали крайне неудобный для российской стороны: канун оттепели и всего примерно три недели до распутицы.
P.S. Можно ли было сделать так, чтобы спецоперация на Украине вообще бы не понадобилась? В 2022-23 годах уже нет. Но в 2014 году теоретически такое короткое окошко возможностей было в момент «крымской весны» (еще до Стрелкова-Гиркина). Однако референдумы, по результатам которых были провозглашены ДНР и ЛНР, по уровню убедительности реального волеизъявления избирателей и близко не подходили к крымскому референдуму. Так что тогда Путин решил не педалировать зыбкую ситуацию и оставил Донбасс в качестве занозы Украине. Реальная политика – это не искусство желаемого, а искусство возможного и ресурсно обеспеченного на данный момент.