— Регион тут не самый спокойный, — говорил Пьеро, выезжая из Борбона и поворачивая куда-то ещё глубже в сельву. - Наркотрафик большой, золото добывают, оружие, нелегальная миграция и все под крылом крупной бандитской группировки. У нас тут несколько лет назад терракт даже был - в приграничном городе.
— Разве не безопасней было наркотики переправлять через Амазонию, там же спокойнее?
— Посмотри в окно, compa (так необычно Пьеро сокращал слово compañero, придавая ему значения, что-то типа "чувак"), там одни черные. Все эти темные делишки у них в крови, поэтому все здесь и проворачивает. К тому же, с той стороны границы живут такие же африканцы, с точно таким же менталитетом.
Я рассмеялся:
— Ты расист, Пьеро!
Мы ехали в городок Timbiré, где у моего "ко́мпы" жил отец. Ехали же мы к нему просто так - проведать.
Милая деревушка, очень аутентичная - настоящая. Ощущение, что попал в Африку. Семья отца Пьеро оказалась едва ли единственной "белой" ячейкой общества в окрестностях.
Деревня милая, но ни гулять по ней, ни фотографировать сил уже не оставалось - слишком много впечатлений за один день, Пьеро меня просто вымотал.
Да и сам он к вечеру уже едва сидел за рулём. На обратном пути я включил ему самый низкосортный панк, который только был на телефоне - лишь бы Пьеро раздражался и не уснул.
Насколько ему было плохо, стало ясно лишь ночью, когда его тошнило несколько раз и поднялась высокая температура. Следующие дни парень провел в лихорадке.
Что касается его дома и семьи, то когда-то давно, ещё в Момпиче, он предупредил, что живет "в маленьком домике с большой семьёй", но место найдет. Домик оказался просто огромным и внешне очень красивым. Что касается внутренней отделки, то, как это обычно бывает у латиносов, на нее просто забили. Как и на двери в туалетах.
Семья тоже была немаленькая: мать, сестры, племянницы, их мужья с дети собаками и кошками.
Ох, а как кормили-то! Просто на убой. Три раза в день и каждый раз все разное. В доме полном женщин просто не могло быть иначе.
Что к столу только не подавалось: крабы, креветки, рыба, ракушки, бананы, приготовленные в особенном "фамильном" соусе…
И, как это обычно бывает в Эквадоре, все в одной тарелке да с несколькими гарнирами. В общем, стало понятно, почему Пьеро, да все в его семье, такие упитанные.
Через два дня такой райской жизни, в которой я только и делал, что спал да ел, мне всё-таки пришлось покинуть этот уютный дом - вновь идти на трассу.
Вместе с ним я оставил и весь прибрежный регион. Взял курс на Кито, столицу Эквадора, в которой уже бывал в октябре.