Ромка-цыган несколько ночей был занят тем, что списывался со своими соплеменниками, также сидящими на централе по 228 статье.
В итоге соплеменники прислали ему по дороге телефон и зарядку к нему. Сказали – пользуйтесь без ограничения во времени. Ура!
Иметь свою "тэху" – это очень хорошо, так как родственники всегда будут в курсе, что ты жив, здоров и в порядке. Естественно, что ни о каких "колл-центрах" и "службах безопасности" речи не шло, скажу больше, что даже мыслей таких не было.
Но своя тэха – это и еще и проблема: где ее хранить в дневное время?
Администрация про все "нычки" и "курки" прекрасно знала и с завидной регулярностью проводила довольно результативные шмоны.
Ну и сама камера не способствует надежному прятанию в силу ее убогости и скудости интерьера. Проще говоря – негде было прятать.
Никита попробовал народ замотивировать:
— Пацаны, найдут тэху – останемся без связи….
Арестанты усиленно наморщили лбы.
Сначала воспользовались временным решением.
Пару дней тому назад баландер просунул нам в кормушку алюминиевую шлемку, доверху, с приличной горкой, наполненную сливочным маслом. Видимо, надеялся на сигареты, но в тот момент все арестанты были на мели.
Масло по качеству было так себе, но как прикрытие для телефона – вполне годилось.
Утром, после завтрака, но еще до проверки я осторожно приподнимал эту гору масла ложкой и аккуратно укладывал на дно телефон и зарядку, завернутые в два копеечных полиэтиленовых пакета.
Потом так же аккуратно возвращал масло на свое место, ложкой подправляя подозрительные места.
После этого на столе имитировалась картина прерванного завтрака:
- Хаотично валялись надкусанные бутерброды с, конечно же, маслом;
- Лежала ложка со следами масла;
- Картинно были разбросаны хлебные крошки в большом количестве;
- Стояли кружки с чаем и кофе;
- Беспорядочно были набросаны несколько фантиков от карамелек.
В центре "натюрморта" стояла искомая шлемка с горой масла.
Когда дверь с лязгом открывалась и звучало:
— Проверка! Выходим….
Я обычно, для максимально полной имитации выходил на продол, держа в руках или бутерброд или кружку с чаем.
Естественно, это вызывало неудовольствие у сотрудников:
— Ну, ты бы еще с кастрюлей борща вышел!
На что я обычно отвечал:
— Дайте хоть чай допить!
Но дальше не спорил и возвращал чай или бутерброд на свое место на стол.
В общем, спектакль разыгрывался такой, что даже Станиславский поверил бы.
Неделю или чуть больше мы продержались, но дольше было нельзя – масло потихонечку начало портиться, теряя свой свежий вид.
Продолжение следует.