— Мама? — Маша не могла скрыть удивления.
Только что она закончила разбирать бумаги, как дверь кабинета чуть приоткрылась. Они не разговаривали с ней уже много лет, и если она пришла сама, значит, что-то серьезное случилось.
— Да, удивлена? — с горечью сказала женщина. — Ты ведь никогда не приедешь.
Женщина прошла в кабинет, не глядя на Машу, и сразу села на кожаный диван. Маша стояла в стороне, молча наблюдая за ней. Говорить не хотелось, но и прогонять мать было неловко.
— Молчишь? Ну что ж, молчи. Так ты до сих пор считаешь, что тогда я была не права?
— Да, — тихо начала говорить Маша.
Вот он был, момент, когда можно было наконец-то высказать все, что копилось годами, и доказать, что в той ситуации она не виновата. Но женщина не дала ей и слова сказать, перебив её на полуслове.
— Знала я, что ты не изменишься, но пришла я к тебе по другому поводу.
— По какому?
— Мне нужны деньги.
— Мне тоже, — саркастично ответила Маша. — Не подскажешь, где их раздают бесплатно?
— Не смей ерничать! Я пришла за помощью. Ты мне должна.
— Я? За что?
— За всё! Ты думаешь, что легко было поднимать ребёнка одной?
— Ты меня не одна поднимала, отец присылал алименты.
— Какие алименты? Копейки! Да и только. Мне нужно полмиллиона. Когда сможешь дать?
— Никогда! — Маша резко встала из-за стола. — У меня таких денег нет, зря пришла, можешь уходить.
— Я никуда не уйду. Мне срочно нужно! — настойчиво продолжала мать.
Маша вздохнула, глядя на неё. Мать не изменилась. Та же красивая, ухоженная, всегда модно одетая. Для себя она всегда находит деньги. А для Маши никогда не было.
Маша открыла дверь кабинета.
— Уходи, — сказала она сухо.
— Я никуда не уйду. Мне некуда идти. Если ты мне не дашь денег, останусь здесь.
— Ты что, серьезно?
— Да, ты правильно поняла. Или деньги, или я живу у тебя.
— Но я не в кабинете живу.
— Прекрасно понимаю. Тогда идем ко мне домой. Откажешь, буду каждый день приходить сюда. Тебе это нужно?
Маша нервно посмотрела на мать. С одной стороны, она была зла и обижена, но с другой — это все-таки её мать. Возможно, с ней действительно произошло что-то страшное.
— Ладно, идем. Но ты сама понимаешь, что если я потом буду жалеть — ты об этом тоже пожалеешь.
Мать усмехнулась. Маша знала эту улыбку — победная. Всегда так улыбается, когда ей удается добиться своего.
— Ну вот, узнаю свою дочку. Коля, ты его помнишь, — сказала она с грустным видом. — Он залез в долги, в карты. Сумма — полмиллиона. Лучше мне дома не показываться, там уже ждут. А идти мне больше некуда. Ты ведь не выгонишь мать?
Маша вспомнила Колю. Это тот человек, из-за которого она ушла из дома много лет назад.
— И что ты собираешься делать?
— Как что? Жить у тебя. Это же очевидно.
— А всегда будешь у меня жить?
— Конечно, нет. Продам квартиру, куплю другую и уеду.
Маша кивнула, такой ответ её устроил.
— Миша, познакомься, это моя мама, Валентина Николаевна, — сказала Маша, когда они с матерью пришли домой.
— Мама? — удивился мужчина. Он никогда не слышал, чтобы Маша упоминала своих родителей.
— Да, это моя мама, а это мой муж Михаил.
Валентина Николаевна оглядела мужа дочери, оценив его с головы до ног. Потом, не обращая внимания на присутствие гостей, начала осматривать квартиру.
— У вас здесь уютно. Где моя комната?
Маша мгновенно провела мать в комнату, давая понять мужу, что всё объяснит позже.
— И что это было? — спросил Михаил, нервно подбирая слова.
Маша молча отошла.
— Да, это моя мама, — ответила она, наконец. — Она меня вырастила, воспитала. Мы не общались долгое время, и вот сегодня она пришла ко мне за помощью.
— И?
— И вот она здесь.
— Почему вы не общались? — Миша не мог понять, как можно не разговаривать с матерью столько лет.
— Там не было ничего интересного. Мама воспитывала меня одна, отец был, но я его почти не помню. Он алименты присылал до тех пор, пока не исчез. А у мамы был отчим, Коля. Мы с ним не нашли общего языка, вот я и ушла из дома в восемнадцать.
— И всё?
— Да, и всё.
Дни шли, и Маша пыталась привыкнуть к присутствию матери в своём доме. Валентина Николаевна чувствовала себя как дома: переставляла мебель в гостиной, меняла вещи на полках на кухне, а затем добралась и до спальни дочери.
— Мама, что ты творишь? Это моя спальня! Не трогай ничего!
— Я просто по фен-шую переставила, — оправдывалась она.
— Не трогай мою комнату! И кухню верни как было!
— Но это неправильно, — возмутилась мать.
— Мне удобно так! Не нравится — уходи!
— Ты изменилась, — пробормотала Валентина.
— Пришлось, — ответила Маша холодно.
Женщина, поняв, что с дочерью лучше не шутить, вернула всё обратно.
Прошло ещё несколько дней, и Маша, вернувшись с работы, застала мать и мужа за ужином.
— О, Машуня пришла, — с улыбкой сказала мама. — Давай, мой руки и садись за стол.
Маша села за стол, заметив, что Михаил сидит довольный.
— О чём так весело разговаривали? — спросила она его.
— О тебе, конечно, — ответила мама, не давая Михаилу сказать слово. — Я ему рассказала, как ты в первый день сломала велосипед.
Они оба засмеялись, а Маша почувствовала себя лишней. Её что-то кольнуло внутри.
— Мне не нравится, когда ты откровенничаешь с моим мужем, — сказала она матери позже.
— Что у вас с мамой происходит? — спросил Миша перед сном.
Маша молчала.
— Она тебе что-то сказала?
— Ничего, но мне показалось, что тебе понравилось болтать с моей мамой. Ты ведь нормально себя чувствовала?
— Да? А мне показалось, что тебе всё устраивает, когда она у нас. Ты же вроде не возражала.
— Маш, ты чего? Она твоя мать, ты что, совсем не понимаешь?
— Не сейчас, Миша, спи уже.
Теперь вечерами дома всегда было напряжённо. Миша избегал разговоров с тещей, а Валентина не знала, о чём говорить.
— Когда ты собираешься решить свои проблемы? — Маша не могла больше молчать. — Уже две недели прошло, а ты всё ещё не двинулась с места.
— Ты следишь за мной?
— Прямо этим и занимаюсь! — ответила Маша с раздражением. — Мы договаривались, что ты скоро уедешь, а ты здесь уже две недели!
— Я же сказала, что квартира на продаже. Всё через интернет, это не так быстро. Дай мне ещё немного времени.
— Маша, ты в пижаме? У нас гости, — сказал Миша, заходя в спальню.
— Какие гости?
— Сюрприз! Быстрее переодевайся.
Маша вышла в гостиную и остановилась в дверях. На диване сидел человек, которого она не хотела видеть.
— Ты это специально устроила, да? — Маша сорвалась, набросившись на мать. — Ты решила разрушить мою жизнь?
Миша, не понимая, что происходит, пытался её успокоить. Но мать только ухмылялась.
Маша кричала, не в силах сдержаться. Муж вытолкнул её в спальню.
— Маша, успокойся! — он встряхнул её, пытаясь вернуть к реальности.
— Уходите! Все уходите из моей квартиры! — кричала Маша.