Найти в Дзене

ЗАГАДКИ КАРТИН

Окончание.
Часть 1. Часть 2.
Этот храм на Пьяцца дель Пополо чаще в Риме называют «церковью художников». В его стенах провожают в последний путь самых заслуженных деятелей искусства и культуры.
Одна из его Капелл справа посвящённая душам в Чистилище.
И ее алтарный образ не совсем традиционен.
Создал его в 1982 году Томасси Феррони (1934 -2000). Этот современный итальянский художник вдохновлялся искусством прошлого. И немалую роль для его работы сыграл миланским вариант «Ужина в Эмаусе» Караваджо. Иисус похож на образ мятежного гения. Хотя здесь он бледнее. Его руки слабее.
У Караваджо он и Апостолы были в тогах. Только трактирщик в современной одежде.
Теперь же Апостолы одеты в стиле восьмидесятых. Один из них - в джинсах и кедах.
На столе только хлеб и рыба. Они лежат на газете. Нет даже вина.
На заднем плане трое. Один облачен в дорогую одежду. Другой, сложно понять кто он, но кажется, что на нем кардинальская мантия.
Они не дают третьему, без лица, протягивающему ру

Окончание.
Часть 1.

Часть 2.

Этот храм на Пьяцца дель Пополо чаще в Риме называют «церковью художников». В его стенах провожают в последний путь самых заслуженных деятелей искусства и культуры.

Одна из его Капелл справа посвящённая душам в Чистилище.
И ее алтарный образ не совсем традиционен.

Создал его в 1982 году Томасси Феррони (1934 -2000). Этот современный итальянский художник вдохновлялся искусством прошлого. И немалую роль для его работы сыграл миланским вариант «Ужина в Эмаусе» Караваджо.

Иисус похож на образ мятежного гения. Хотя здесь он бледнее. Его руки слабее.

У Караваджо он и Апостолы были в тогах. Только трактирщик в современной одежде.

Теперь же Апостолы одеты в стиле восьмидесятых. Один из них - в джинсах и кедах.

На столе только хлеб и рыба. Они лежат на газете. Нет даже вина.

На заднем плане трое. Один облачен в дорогую одежду. Другой, сложно понять кто он, но кажется, что на нем кардинальская мантия.

Они не дают третьему, без лица, протягивающему руку, приблизиться к Христу.

Картина странная. Ее смысл не только религиозный. Он даже скорее социальный.

Церковь, та самая которая предала Караваджо из-за своих интриг уже не рядом с Христом.

Рядом с ним - новые люди. Простые работяги.

Которые с удивлением понимают, что они имеют право сидеть рядом со Спасителем.

Работа стала почти социальным манифестом новых изменений в обществе, да и в самой Церкве. Теперь она пыталась открыться обычным, простым людям.

Старый уклад и старые опоры окончательно уходят в историю. Но сила Христианства остаётся.

И художник пытался это выразить. Правда всегда остаётся один вопрос: насколько ему это удалось?

Евгения Кулишенко, искусствовед и гид по Риму и Ватикану.