Я пишу о людях, чей образ отражен в искусстве. Глядя на этого красавца в красном халате, на его артистичные руки с длинными наманикюренными ногтями, кружевной воротник и манжеты, на расшитые яркие туфли, вполне можно представить себе такого человека аристократом, музыкантом, светским львом. Но нет. На картине Джона Сарджента изображен его приятель, выдающийся хирург, гинеколог Самуэль Жан Поцци, один из реформаторов медицины, внесший большой вклад в эту благородную область человеческой деятельности.
Но в свете Поцци тоже блистал и был донжуаном и любителем изысканной жизни. Когда он все успевал — это загадка, ведь он еще и политикой занимался, и писал серьезные труды по медицине.
Подписывайтесь и на другой мой канал Лидия, неисправимый гуманитарий, а также на канал моего мужа Александр имхо.
Самуэль Поцци имел итальянское происхождение, но родился и жил во Франции, считал себя французом. Его отец был протестантским священником. Закончив Парижский университет, молодой врач ушел добровольцем на фронт (шла франко-прусская война), чтобы служить военным врачом. Но все же область его интересов лежала не в полевой хирургии, а в гинекологии. Хотя и хирургом он стал отменным. В XIX веке гинекология находилась в плачевном состоянии. Любые проблемы в женской сфере старались решать хирургически, осмотры проводились поверхностно из соображений стыдливости, было много смертельных случаев при родах и после них.
Да что говорить! Многие хирурги даже не мыли рук перед тем, как делать операции. Антисептика и обезболивание были на плохом уровне.
Поцци поставил перед собой задачу сделать гинекологию такой областью медицины, которая бы помогала женщинам максимально эффективно и щадяще. Ведь дело касалось крайне деликатной сферы организма, традиционно связанной со стыдливостью. Многие женщины умирали только потому, что стеснялись обращаться к врачу. А если обращались, то доктора сразу клали их на операционный стол.
Поцци же начал практиковать спокойные осмотры с помощью зеркала, причем он перед процедурой нагревал инструмент в стерильной теплой воде, чтобы женщине было комфортно. Многие болезни он вылечил, не прибегая к операции. При операциях же всегда стерилизовал инструменты, руки, и прибегал к анестезии. Закономерно, что смертность среди его пациентов была небольшой.
Он руководил больницей, работу которой поставил на новые рельсы. Антисептика была тут королевой, все сияло чистотой, персонал был максимально доброжелателен, и более того — кругом создавалась приятная обстановка, стены были расписаны художниками, в больнице работала библиотека и даже проводились концерты.
Поцци лечил не только женщин, он делал разные операции, в некоторых случаях — первым, написал более 400 трудов, а его «Клиническая и оперативная гинекология» стала настольной книгой акушеров и гинекологов. Когда началась I мировая война, доктор стал главным военврачом Франции.
Женщины его обожали. Будучи красавцем и светским человеком, Поцци успевал заводить многочисленные романы, невзирая на то, что был женат и имел двоих детей. Более того, жен было две. Невозможно было устоять перед Самуэлем Поцци, он знал женщин, как никто.
А смерть его была неожиданной и трагической. 13 июня 1918 года к нему на приём явился некто Морис Машю, которого он оперировал двумя годами ранее. Этот Машю был уверен, что стал импотентом из-за операции, и требовал новой, которая сделает его вновь сексуально состоятельным. Поцци пытался ему объяснить, что операция не поможет избавиться от импотенции, но Машю стоял на своем и, выйдя из себя, четырежды выстрелил врачу в живот. После чего покончил с собой.
Читайте еще на моем канале:
Почему в искусстве XIX века любили изображать Торквадо Тассо в заточении