Минул год напористый, год непростой. На февральские праздники выбрались с мужем за пределы столицы послушать тишину и переустановить необходимый баланс. Маленький городок, с глухой ватной тишиной, на этот раз был по-прежнему хлебосолен, но наполнен шумом мужских основательных голосов. Все отели и рестораны, как из шкатулки времени, достали советскую фразу «мест нет», что правда.
Спускаюсь на завтрак, рядом разговор двух мужчин, один другому по-доброму говорит: «Может, пора отпустить старое и начать жить». В ответ звучит: «Неудобный я, не офисный, полжизни в дороге. Мне нужна женщина, на которой хорошо джинсы сидят, чтоб могла бросить необходимое в чемодан, прыгнуть в машину и в путь. Жена, подруга, спутница с хорошим крупом нужна, а не та, что на слово «совместная командировка» неделю в слезах плечики с платьями из шкафов достает».
Назавтра жду на улице такси, муж ключи сдает. Подходит вчерашний мужчина: «Вы здесь работаете или отдыхаете?». Улыбаюсь, рассказываю и добавляю, что в моем шкафу, в основном, плечики с платьями висят. Рассмеялся. Оказалось, что первые месяцы карантина семейная жизнь развела по углам: «Она любила самолеты, острова, мой невыездной график и возможности, а ежедневно вместе у нас не получилось жить… Вам, думаю, что платье, что джинсы хороши, простите». Основательный, спокойный, настороженности не вызывает, и вот судьба человека…
Перед весенними праздниками выехали по делам. Федеральная трасса, к тоннельному взгляду и уверенному управлению мощным болидом добавляется голос хозяйки авто: «Муж на праздник подарил защитные очки для столярного дела, с понедельника иду на курсы, два года для дачи хотела. Конкретно надежные, если диск от пилы сорвется и отлетит, то их не разобьёт, а просто застрянет». С ошарашенным взглядом вжимаюсь в кресло от спокойной невозмутимости. К очкам, к слову, прилагался букет белоснежных роз.
Вспомнился Николай Алексеевич Некрасов со своими женщинами, горящими избами и конями. И как недавно знакомая показывала фото из родового архива и изумлялась, почему женщины по династийной линии выбирали работу на железной дороге, не на путях, а в управлении системами. Почему не швейное дело, например. Стереотипно недоумевала. Но!
Рассказала ей, что изначально перемещения между городами совершались по ямщицким трактам и как запуск движения поездов гужевой транспорт подвинул, а где-то вмиг отменил, что попасть служить на железную дорогу в то время можно было человеку быстрого ума или по большой протекции. Расправились плечи у знакомой, еще больше почитания и гордости появилось к великим женщинам рода. У каждого времени свои акценты и приоритеты, бесполезное дело – прикладывать одну кальку на разницу времен.
А платье или джинсы? – Так женщина, что жизнь чувствует и всей собой принимает, уместно и по обстоятельствам, всегда переоденется.