Письмо 15. Кемерово, 17.08.79
Наташенька, любимая моя!
Не могу, умираю от обиды на эту проклятую жизнь. Как могло так случиться, что ты поехала в одну, а я — в другую сторону?! Где те змеи-разлучницы, которые смогли это зло нам сделать?! И какой применить яд, чтобы отравить все это скопище?!
К сожалению, ни на один из этих вопросов не получил вразумительные ответы. Но и мириться — невозможно! Ты — моя умница, ты — моя славная умница. Ты — родной и самый близкий мне человек на этом свете. Ты — все знаешь, все понимаешь. И — наверное, тебе так же плохо в разлуке, как и мне. И — самое страшное в том, что я не могу изменить такое положение СЕГОДНЯ.
Плохо, очень плохо. Тоска заела, пытаюсь ее утопить в рабочих буднях.
Поражаются мои коллеги НОВОМУ наступлению с моей стороны, зная, что в отпуске по существу я не был. За 7 дней — 4 совещания в обкоме партии, ужас сколько всяких дел «перевернулось», а покоя нет и не предвидится. Грядут большие дела, готовлюсь к поездке в Томск, в понедельник отдаю в переплет диссертацию. Все постарались исправить, допечатали сегодня.
Сел писать две статьи в «Кале и химию», звонил Лине по поводу дел на будущий год. Он все обещает, посмотрим, что из этого выйдет. Его отец улетел в Симферополь, значит, он пойдет в отпуск, 16-го сентября он летит в Новосибирск, а я вылечу в этот день в Иркутск. Мне нужна будет 17-го гостиница. Поеду на два дня в Ангарск, и дней 7–8 побудем потом ОПЯТЬ вместе…
Я уже считаю дни до 17-го…
Пиши мне про море!
Пиши мне про Солнце!
Пиши мне про нашу любовь!
Целую тебя ОЧЕНЬ.
Твой Эм.
Продолжение. Воспоминания.
Ловля контрабанды на море была «окрашена» печально-смешным событием!
Сталин подписал указ СНК об организации так называемых «ТОРГСИНОВ», в обязательном порядке всем гражданам СССР предписывалось сдавать в «Торгсины» серебро и золото в обмен на продукты питания. В обязательном порядке, а за укрывательство полагалась различная кара, вплоть до ссылки…
Бабушка на свадьбу дочери подарила половинку беккеровского рояля из ценных пород древесины. Лена очень хорошо его эксплуатировала. Когда мне исполнилось 4 года, меня прослушали в музыкальной школе при консерватории и, к маминой радости, сказали, что я имею абсолютный слух и очень хорошую музыкальную память. Меня усадили за инструмент. Но, как выяснилось позже, рояль в доме использовался и по другим параметрам… История с ним была забавная и грустная.
Отец в очередной раз уехал ловить рыбных бандитов. Неожиданно к нам днем явились двое его же сотрудников, но с ордером на обыск.
Рылись довольно долго. Со слов мамы, аккуратно брали и аккуратно клали вещи на место. Улыбались, смеялись, им смешно было искать у своего же начальника! Уже собрались уходить, один, что моложе, пошел к выходу. Второй же остановился, как будто бы что-то забыл. Позвал первого, они осторожно отодвинули от стены рояль, монеткой постучали до деке, маленькой отверткой деку отвинтили, поставили к стене. И внизу, на доске глушителя звуков, на подкладке из овечьего меха обнаружили 10 золотых червонцев… Это была бабушкина заначка на черный день…
Отец приехал через месяц. Его забрали с работы ровно на полгода за укрывательство золота. Но все-таки выпустили, и он продолжал ловить рыбную мафию! Так мой отец из-за бабушкиного подарка мог оказаться у праотцов!…Мама сильно переживала, она видела и слышала, что происходит вокруг. Забирали всех подряд и без разбора.
В воздухе уже витала война, сражались вначале в Монголии, потом в Финляндии. На улицах громкие парады, боевые песни, уличные марши со знаменами — мы всех и всегда победим, да здравствует Отец всех народов!
Наш образ жизни не менялся: я продолжал три раза в неделю ходить в музыкальную школу, Лена училась в военном кружке передаче текстов ключевым телеграфом, ей обещали прыжки с парашютом… Мама рисовала на студии мультфильмов, папа ловил морских бандитов… Но 22 июня 41-го было уже не за горами…
***